Политический словарь
Ядерный паритет - стратегическая стабильность

Ядерный паритет - стратегическая стабильность

 

НА РАСПУТЬЕ

 

Л.И. Волков

 

(Главы из книги "Жизнь моя... Вторая книга")

 

В поверхностном обзоре взаимоотношений между СССР и США в области стратегических ядерных сил мы остановились на начале 1980-х годов. От стратегии "Реалистическое устрашение или сдер-живание" с приходом в 1981 году к власти Р. Рейгана США отказываются. Предпринимается очередная попытка сломать наметившийся паритет, добиться ядерного превосходства, лишив нас возможности угрожать ответным ударом.

 

В Америке принимается новая военная доктрина, которую называют "Прямое противоборство". Это означает возможность ведения против Советского Союза всеобщей обычной и ядерной войн. Ядерная война должна начинаться внезапными ударами при "подозрении" в подготовке нашего нападения. "Противосиловой удар" по носителям ядерного оружия СССР, "обезглавливающий" - по политическому и военному руководству страны.

 

Для создания соответствующих средств форсируются программы: межконтинентальных баллистических ракет высокой точности "M-X", баллистических ракет с высокой точностью для размещения на подводных лодках (программа "Трайдент-2"), стратегических бомбардировщиков В-1В, В-2, крылатых ракет. Все та же ориентация на победу в ядерной войне, на высокую точность поражения целей в первом упреждающем ударе.

 

В 1983 году все эти разработки дополняются программой создания перспективной системы противоракетной обороны с космическим эшелоном. У журналистов она получила название "Звездные войны". Официально ее окрестили: "Стратегическая оборонная инициатива" (СОИ).

 

Вот с такими новыми угрозами мы столкнулись в начале 1980-х годов.

 

Наращивание группировки стратегических наступательных вооружений США не было чем-то новым для нас. За десять лет, с 1980 по 1990 годы, количество ядерных зарядов в Америке не увеличилось, а мы за счет ввода новых ракетных комплексов и подводных лодок к 1991 году, наконец,  практически догнали США. Соотношение общих количеств зарядов стало 10271 к 10563, то есть у нас уже было не 44 процента (1970 г.), не 77 процентов (1980 г.), а 97 (1991 г.) от ядерной мощи США, если определять ее количеством зарядов. В этой гигантской работе был и вклад 4 НИИ.

 

Итак, 45 лет гонки за лидером подняли ядерный потолок до 10000 зарядов. И американцы, и мы понимали, что нужно сокращать ядерное оружие. Однако только тогда, когда количество зарядов сравнялось, Америка пошла на реальное сокращение стратегического оружия.

 

В 1991 году был заключен первый договор, по которому действительно сокращалось ядерное оружие межконтинентальной дальности. О нем еще поговорим подробнее.

 

Еще раз вдумайтесь. В 1987 году договорились о сокращении ракет средней дальности потому, что их у нас стало больше, чем у США. В 1991 году началось сокращение оружия с межконтинентальной дальностью также потому, что у нас стало зарядов столько же, как и у США. Вот такова особенность переговорного процесса с американцами.

 

Практически все 1980-е годы шел непрерывный процесс переговоров по  ограничению и сокращению стратегических наступательных вооружений. Договоры ОСВ-1 (1972 г.), ОСВ-2 (1979 г.) позволили подготовить почву для решения ряда проблем. Была установлены базовая терминология, методы контроля за выполнением соглашений, ограничения на создание нового оружия.

 

Главное, было достигнуто запрещение использовать космос для вооруженной борьбы, развертывать ПРО на территории США и СССР, кроме одного района со ста пусковыми установками.

 

Институт постоянно работал над формированием группировки Ракетных войск в составе стратегических ядерных сил, над программой вооружения РВСН, над условиями сокращения ядерных сил.

 

Наши предложения ко второй половине 1980-х годов сводились к ограничению группировок СЯС СССР и США до 3000-4000 боевых зарядов при безусловном сохранении  Договора по ПРО 1972 года.

 

Было несколько опасных факторов при таком значительном сокращении. Во-первых, стратегические силы Франции и Великобритании росли и совершенствовались. При совместном плане их боевого применения с силами США ядерная мощь НАТО возрастала примерно на 30 процентов. Во-вторых, США постоянно наращивали высокоточное неядерное оружие, которым с территории Европы могли воздействовать по нашим центрам управления и носителям ядерного оружия до начала ядерной войны.

 

Эти факторы частично могли быть компенсированы, но самым опасным был выход США из Договора по ПРО, создание мощной противоракетной обороны территории страны. Именно в этом направлении и решили действовать американские руководители, объявляя в 1983 году программу "Звездных войн".

 

Чем страшна противоракетная оборона? Ведь страна как будто обороняется от ядерных ударов. Поэтому и название для общественности выдумано: "Оборонная инициатива". С другой стороны, и мы, и США называли Договор по ПРО 1972 года "краеугольным камнем стратегической стабильности".

 

А ларчик открывался просто. После первого ядерного удара Соединенными Штатами у нас смогут сохраниться из каждых 1000, в среднем около 200 ядерных зарядов. Если ПРО США способна уничтожить двести блоков, то для необходимого потенциала сдерживания нам нужно ввести в группировку ядерных сил дополнительно 1000 зарядов, то есть увеличить вдвое группировку. В США, конечно, ответят тем же - получается новый мощный виток гонки ядерного оружия. Если не отреагируем на нарушение Договора по ПРО, то потеряем потенциал ответного удара.

 

Это объяснение проблемы почти "на пальцах", как говорят специалисты. Все на самом деле сложнее: живучесть комплексов в первом ударе, возможности ПРО исследуются на разветвленных математических моделях, чем и занимались эти годы институты Минобороны, да и НИИ оборонной промышленности. Но суть СОИ - не оборона, а слом сложившегося ядерного паритета, стратегической стабильности, достижение превосходства. Процесс переговоров СССР и США о сокращении ядерного оружия имел как бы две ипостаси, два слоя.

 

С одной стороны, договаривались партнеры, обоюдно заинтересованные в сокращении огромных арсеналов опасного оружия. Сам процесс переговоров сложный, каждая сторона побаивается неравноценных компромиссов, но главное, все хотят договориться!

 

Однако все эти годы присутствовал и другой компонент, который брал верх. США старались использовать переговоры, чтоб добиться превосходства, сломать сложившийся паритет. Это не мои слова, так говорили открыто высокие должностные лица США.

 

До прихода к власти М.С. Горбачева эта направленность переговоров достаточно жестко парировалась нами. Но с Договора о ликвидации ракет средней и меньшей дальности (1987 г.) интересы государства не всегда соблюдались. Наступила пора стремления уступить американцам. С приходом Б.Н. Ельцина эта тенденция усилилась.

 

В области стратегических наступательных вооружений США добивались нарушения стратегической стабильности в основном по двум направлениям: запрет или ограничение нашей группировки подвижных ракетных комплексов, что резко снижало потенциал сдерживания; нарушение или даже выход из бессрочного Договора по ПРО 1972 года, причем тогда, когда после сокращения ядерная группировка СССР (России) станет небольшой (легче поражать системой ПРО меньшее количество ракет в ответном ударе).

 

Два журналиста США, допущенные к кухне переговоров по стратегической стабильности, выпустили книгу, где в частности сравнивали переговорные команды США и СССР. Они писали примерно так: высококвалифицированная команда США отстаивала каждый дюйм своего поля, она боролась против команды любителей Э.А. Шеварднадзе, которые легко отдавали свои позиции без боя. Для тех, кто забыл: Э.А. Шеварднадзе был министром иностранных дел с 1985 по 1991 годы. На его совести и вся эпопея бегства наших войск из стран Восточной Европы, хотя он и исполнял указания М.С. Горбачева.

 

Асимметричный ответ

 

Объявление на весь мир о начале программы СОИ было очередным ударом по сложившейся стратегической стабильности. Главный эшелон средств ПРО предполагалось размещать в космосе, что было запрещено соглашением 1967 года.

 

Планировалось для борьбы с ракетами с момента их старта использовать размещаемые на космических аппаратах информационные системы, основанные, например, на засечке инфракрасного излучения ракетных двигателей. После обнаружения пуска ракет должны вступать в борьбу средства уничтожения, использующие ядерные устройства, в частности луч лазера, полученный от ядерного взрыва. Рассматривались и многие другие варианты поражающих средств. Создаваемые боевые космические аппараты борьбы с ракетами могли быть использованы для прямого поражения целей на территории СССР.

 

Представьте себе: на нескольких сотнях космических аппаратов находятся ядерные заряды. Этот дамоклов меч висит над страной, по команде может за несколько минут опуститься на наши города, центры управления, носители ядерного оружия. Никакая система предупреждения о ракетном нападении даже не успеет среагировать на сход с орбиты ядерных блоков.

 

Кроме космических рубежей противоракетной обороны, предполагалось создать и наземные, но значительно более эффективные, чем те, которые были разработаны до заключения Договора 1972 года.

 

Здесь не место подробно излагать весь замысел СОИ, скажем, что он был грандиозным и пугающим. Щедро финансируемая программа предполагала, что ряд лет будут вестись широким фронтом научно-исследовательские работы, чтоб потом можно было отобрать наиболее эффективные элементы системы. Планировалось, что в программе примут участие страны Европы, Япония и Канада.

 

Такие наглые намерения слома сложившегося ядерного паритета прикрывались шумной кампанией борьбы с "империей зла", то есть с нами. Причем все это вуалировалось понятием обороны, защиты США от агрессивных коммунистов, нарушающих права человека.

 

Заметьте: когда началась война в Чечне, унесшая десятки тысяч жизней, у США не было претензий к соблюдению прав человека, молчал и большой поборник этих прав С. Ковалев. Наверное, чтоб не травмировать "друга Бориса".

 

Вся научная общественность СССР от Академии наук до военных НИИ внимательно анализировала заявленную программу, первые полученные результаты. Мнения складывались противоречивые. С одной стороны, США вкладывали огромные деньги в исследования, которые были организованы, примерно так же хорошо, как это было при разработке ядерной бомбы в 1940-х годах ("Манхэттенский проект"). С другой стороны, создание такой грандиозной системы казалось невозможным, нереальным.

 

Такая двойственность сказывалась и на предложениях, возможных планах парирования программы СОИ: от ничего не делать, не обращая внимание на шумиху, до срочно пытаться создать нечто подобное у себя.

 

Интересна точка зрения человека, о котором говорят, что он придумал "звездные войны". Р. Макфарлейн в 1983-1985 годах был советником Р. Рейгана по национальной безопасности. Теперь он пишет о СОИ так1

 

"Я полагал, что вы (СССР, - авт.) выиграете, если мы и дальше станем участвовать в этой гонке (ядерных вооружений, - авт.). Я решил, что нам необходимо очень выгодно вкладывать деньги, чтобы обеспечить наше преимущество. Мы должны были вкладывать в какую-нибудь отрасль военной промышленности один доллар, тогда как СССР будет вкладывать в нее два доллара. Я выяснил у наших ученых, инженеров, технологов, что отрасль, в которой мы можем принудить СССР использовать вдвое больше денег - космос. Люди считают, что "Звездные войны" - это система в космосе, а это - экономическая стратегия, задуманная для того, чтобы разрушить экономику советского государства. (выделено мною, - авт.)

 

Сейчас в печати появляются публикации, из которых следует, что Р. Рейган был большим миротворцем, любил СССР, стремился к окончанию холодной войны. Оставим это на совести нашей "свободной" прессы. "Наше преимущество", "разрушить экономику советского государства" - вот истинное лицо тогдашнего Р. Рейгана.

 

Но и эта позиция Р. Макфарлейна мне кажется лукавой. Ведь сегоднешнее стремление создать в США систему ПРО, о которой еще скажу, уходит корнями в программы 1983 года.

 

Наш институт определил свою позицию, точнее позицию государства по проблеме СОИ. В таком виде, как заявлена, система нереальна, но рано или поздно полученные научные результаты могут быть использованы для создания системы ПРО в США. Нам ни в коем случае нельзя броситься вдогонку по этому пути. Нужны асимметричные меры.

 

На основе разработок, которые велись нами с промышленностью еще в 1960-е годы, получили целый ряд простых и эффективных конструктивных решений, которые затрудняли обнаружение ракеты и боевого блока. Получалось, что затраты на доработки ракет и системы боевого управления в десятки раз меньше, чем на создание ПРО.

 

Открывалась возможность, как при заключении Договора 1972 года, доказать США неэффективность их усилий. Заметьте: не разорить, не разрушить американскую экономику, а только приостановить дестабилизирующую мир программу.

 

В 1985 году подготовленный институтом материал доложил новому главкому генералу армии Ю.П. Максимову. К идее асимметричного ответа на программу СОИ он отнесся весьма доброжелательно, тут же предложил представить материалы министру обороны.

 

Маршал Советского Союза С.Л. Соколов принял нас поздно вечером. Я развесил четыре плаката, иллюстрировавшие материал, получив двадцать минут для выступления. Министр подсел поближе, слушал с интересом. Однако, на середине доклада... задремал. Чтоб исправить положение, я громко произнес:

 

- Товарищ министр обороны! Перехожу ко второму вопросу.

 

С.Л. Соколов с улыбкой взглянул на меня, дослушал все внимательно. Когда я закончил, он сказал, что все это очень интересно. Затем, обращаясь к главкому:

 

- Что же вы хотите?

 

- Мы хотим открыть государственную программу постановлением ЦК КПСС и Совмина с соответствующим финансированием. В программе, которую можно назвать "Противодействие", должны участвовать, кроме Ракетных войск, моряки и авиаторы, а так же промышленность. Должен быть раздел по совершенствованию системы боевого управления.

 

Показали министру макет, что-то типа укрупненного оглавления, программы работ. С.Л. Соколов все это одобрил, сказав, что так оно и будет. Как кандидат в члены политбюро постарается получить поддержку в ЦК.

 

Через несколько дней на большом совещании у начальника Генштаба Маршала Советского Союза С.Ф. Ахромеева был определен план подготовки постановления, которое через несколько месяцев было принято ЦК КПСС и Совмином.

 

Вот так родился наш асимметричный ответ, который огласил М.С. Горбачев. Как известно, в 1986 году он встречался с Р. Рейганом в Рейкьявике.

 

СССР и США подготовили проект соглашения о сокращении стратегических наступательных вооружений. Однако США при этом хотели разорвать Договор по ПРО 1972 года, а мы настаивали на принятии так называемого пакета: сокращение при соблюдении Договора по ПРО.

 

Расставались два руководителя великих держав чуть ли не со слезами из-за того, что соглашение не было подписано. Р. Рейган не мог отказаться от своего детища - системы ПРО с космическими эшелонами, а "ранний" М.С. Горбачев не рискнул разорвать пакет: "Сокращение стратегических наступательных вооружений - ограничение системы ПРО". Слишком ясен тогда был ущерб нашим государственным интересам от такого соглашения.

 

Программа "Противодействие" выполнялась в течение нескольких лет. Она позволила значительно повысить стойкость ракет и системы боевого управления к действию ядерного взрыва, были достигнуты и другие весомые результаты, которые внедрили в практику ракетостроения. Ракетный комплекс "Тополь-М", который составит ядро стратегических сил России в первые 20 лет XXI века, содержит многое из того, что было разработано в программе "Противодействие". Генеральный конструктор Ю.С. Соло-монов в интервью "Независимой газете" 24.02.99 г. перечислил некоторые решения, позволяющие защитить ракету этого комплекса от возможной ПРО США. Это относительно короткий активный участок (меньше времени для поражения), высокая стойкость к воздействию ядерным и неядерным оружием, мощные средства преодоления ПРО, возможность перехода от одного к трем боевым блокам и кое-что еще.

 

Выполнение программы дало долговременные результаты, которые будут влиять на стратегическую стабильность еще 20-25 лет.

 

Попытка создать космический эшелон ПРО США на основе ядерных устройств закончилась провалом. Многие заявленные возможности космических аппаратов ученые не сумели реализовать. В 1991 году был заключен Договор СНВ-1, в котором снова было подтверждено, что соблюдение Договора по ПРО 1972 года - основа стратегической стабильности. Однако сама идея сломить ядерный паритет созданием ПРО в США осталась.

 

Подготовка Договора СНВ-1

 

В процессе подготовки договора одним из спорных вопросов было шифрование телеметрической информации. Во время летных испытаний с борта ракеты по радиоканалам на землю поступают значения многих измеряемых характеристик: давления, температуры, вибраций, перемещений и тому подобное. Эти радиосигналы США перехватывали, но не могли расшифровать, так как мы телеинформацию закрывали. Американская делегация несколько лет требовала раскрыть телеизмерения.

 

Проблема заключалась еще и в том, что телеметрия на ракетах США и на наших основаны на разных принципах, чего долго не могли понять американские специалисты, так как им эти проблемы пытались объяснить наши чиновники, далекие от реальной техники. Наконец, США попросили прислать наших специалистов, чтоб разобраться в этом спорном вопросе.

 

Из института в Америку мы отправили докторов наук С.С. Кукушкина и В.Л. Лукина. После нескольких дней их работы со специалистами США проблема, которую несколько лет не могли решить чиновники, большие любители заграничных вояжей, была закрыта к обоюдному удовлетворению двух делегаций.

 

Следует несколько слов сказать об организации работ по подготовке рекомендаций нашей делегации на переговорах. Специалисты США выдвигали свои предложения, задавали каверзные вопросы, которые анализировались нашими учеными и военными. В конечном итоге формировались четкие рекомендации нашей делегации. Всю эту работу вела комиссия, в которой были представлены пять ведомств: Министерства обороны и иностранных дел, КГБ, Совмин, ЦК КПСС - так называемая "пятерка". Работа велась на двух уровнях: "малую пятерку" возглавлял первый заместитель начальника Генштаба, а вторую - "большую пятерку" - зампредседателя Совета обороны страны. В этой "пятерке" заседали министры, председатель КГБ, зампредсовмина, заведующий или заместитель заведующего отделом ЦК КПСС, то есть три-четыре члена политбюро и другие весьма крупные руководители. Естественно, что рекомендации, подготовленные на таком уровне, никто не мог нарушить.

 

Начальник института работал чаще всего в "малой пятерке", но иногда попадал и на заседания "большой". Одно такое заседание запомнилось. Делегация США требовала запретить подвижную группировку ракетных комплексов, то есть мы должны были уничтожить только принятые на вооружение железнодорожный комплекс (1989 год) и грунтовой (1985 год) с ракетой "Тополь".

 

Заседание вел заместитель председателя Совета обороны, член политбюро Л.Н. Зайков в своем кабинете на Старой площади. В процессе обсуждения стала понятна позиция М.С. Горбачева (председателя Совета обороны), которую реализовывал Л.Н. Зайков. Суть ее была проста: переговоры заходят в тупик, США настаивают, нужно уступить. Такую позицию, кроме Л.Н. Зайкова, поддерживали председатель КГБ В.А. Крючков и министр иностранных дел Э.А. Шеварднадзе. Военные (начальник Генштаба, главком РВСН) были против, но молчали. Такую же позицию заняли присутствующие генеральные конструкторы.

 

В этой обстановке В.А. Крючков обнародовал короткую, на полстраницы, справку. В ней говорилось, что США завершают программу, в результате которой "в темпе времени" (то есть сразу же после смены позиций) смогут уничтожать наши подвижные комплексы.

 

С учетом мнения членов политбюро, справки КГБ, назревало решение уступить США, отказаться от подвижной наземной группировки, которая, заметим, сегодня составляет основу ракетного щита России.

 

Мне пришлось дважды выступать (спасибо Л.Н. Зайкову, что дал слово), чтобы доказать высокую живучесть подвижных ракетных комплексов. Ведь в "темпе времени" можно лишь сбросить с орбиты на землю информацию не вполне достоверной радиолокационной разведки. Но еще нужно разработать новый план первого удара ядерных сил, заменить полетные задания, проконтролировать их ввод, на что потребуется несколько часов (при полной автоматизации процесса). За это время часть подвижных пусковых установок может сменить боевые позиции.

 

После моего выступления рекомендацию о сохранении подвижной группировки поддержали военные и конструкторы.

 

Л.Н. Зайков прервал совещание в связи с поздним временем, предложив собраться завтра утром.

 

На другой день совещание было продолжено. На переговоры были выданы рекомендации отстаивать подвижные комплексы от притязаний США.

 

Приехав в институт, побеседовал с нашим котрразведчиком:

 

- Нет ли против меня санкций? - спросил шутливо.

 

- То, что вы выступили против председателя комитета, уже известно. Команд относительно вас нет, - ответил он также с юмором.

 

Авторитет института был весьма высок не только в Минобороны, в военно-промышленном комплексе, но и в Совмине и в ЦК КПСС, да и времена уже были не те.

 

С Л.Н. Зайковым пришлось встретиться еще раз, уже когда он был консультантом начальника Генштаба. Закончилась война в Персидском заливе - операция "Буря в пустыне". В ходе боевых действий хваленая космическая разведка США не смогла обнаружить и пересчитать подвижные ракетные комплексы Ирака - старые наши комплексы начала 1960-х годов, которые нужно было заправлять перед стартом. Да и противоракетные установки "Пэтриот" оказались неэффективными. Сейчас в США их срочно модернизируют, чтоб продавать, конкурируя с нашими высокоэффективными комплексами типа С-300.

 

На совещании у начальника Генштаба, где обсуждали перспективы развития стратегических ядерных сил, я это все выложил.

 

- Помните, как мы чуть не уничтожили в угоду США наиболее эффективную часть группировки Ракетных войск? - сказал я, обращаясь к Л.Н. Зайкову.

 

Он промолчал, а мне посоветовали не пинать человека, потерявшего власть.

 

Планируем одно - делаем другое

 

Пожалуй за всю историю РВСН структура и состав будущей группировки так не зависели от политических решений, как к концу 1980-х годов. Если раньше все споры об облике будущих ракетных комплексов (твердое или жидкое топливо, моноблочные или разделяющиеся головные части, подвижное или стационарное базирование и другое) решались на уровне Ракетных войск и Генштаба с учетом возможностей промышленности, то теперь одной фразой в будущем договоре, который могли принять президенты двух стран, можно было полностью изменить структуру и состав РВСН.

 

В этих условиях нужно было задавать тактико-технические требования на модернизируемые комплексы, в частности на "Тополь-М", финансировать НИОКР, готовить войска и позиционные районы к вводу новой техники. А ведь от задания требований до принятия комплекса на вооружение проходило 7-10 лет.

 

Руководством института была предложена модель развития РВСН по трем направлениям, которую мы между собой называли "трезубцем".

 

Первое направление отвечало условиям договора ОСВ-2, причем к 2000 году для повышения эффективности ответного удара нужно было увеличить долю подвижных моноблочных ракет в группировке до 60 процентов.

 

Второе направление соответствовало проекту Договора СНВ-1, при котором в РВСН к 2000 году должно было быть около 1000-1100 МБР, в том числе до 600-700 подвижных с моноблочными ракетами.

 

Наконец, третье направление развития определяло нашу реакцию на срыв Договора по ПРО. Было предусмотрено форсированное введение в группировку малогабаритных ракет "Курьер", оснащение ракет комплексом средств преодоления ПРО, выполнение ряда других мер, рекомендованных при выполнении программ "Противодействие".

 

Предложение института было просто и логично: найти ядро будущих группировок при всех трех возможных направлениях развития РВСН, финансировать его создание в первую очередь, добиваясь своевременного ввода ракетных комплексов в группировку.

 

Были проанализированы около 300 вариантов группировок Ракетных войск с учетом возможностей промышленности по срокам создания ракет, емкости позиционных районов для размещения подвижных комплексов (дороги, маскировочные возможности, размещение личного состава и другое).

 

Для каждого варианта были оценены необходимые затраты и показатели эффективности с учетом возможных реакций США на изменения наших стратегических ядерных сил. Эта работа позволила определить основу будущих группировок на базе моноблочных твердотопливных ракет подвижного и стационарного базирования.

 

Десятилетиями длившаяся борьба между сторонниками твердотопливных и жидкостных ракет была завершена. Развитие РВСН планировалось на базе твердотопливных ракет, которые могли быть унифицированы для подвижного и стационарного базирования. Основные сложности в создании МБР на твердом топливе к середине 1980-х годов были преодолены: разработаны технологии создания крупногабаритных двигателей на смесевом топливе с высокой эффективностью, отработаны способы создания в полете управляющих сил, методы выключения двигателей последней ступени, алгоритмы управления дальностью полета, компенсирующие повышенные разбросы тяги.

 

Таким образом, недостатки твердотопливных ракет были конструктивно компенсированы, а их эксплуатационные преимущества можно было использовать в полной мере, отказавшись от токсичного жидкого топлива, сложных систем заправки и других неудобств применения жидкостных двигателей. Тридцатилетняя борьба института за внедрение твердотопливных ракет была завершена. В будущей группировке предполагалось сохранить лишь тяжелые ракеты с жидкостными двигателями.

 

Три варианта развития РВСН были заложены в концепцию развития нашего вида Вооруженных сил, одобрены Генштабом. На этой основе была впоследствии разработана концепция развития стратегических ядерных сил, что послужило хорошей основой для ведения переговоров по сокращению ядерных вооружений. Приятно отметить, что в США, как выяснилось после общения с заокеанскими коллегами, были несколько позднее также приняты три варианта развития стратегических сил США, близкие к тем, что предложил институт.

 

Заключение Договора СНВ-1 в 1991 году было большой радостью для нас, да, думаю, и для США. После ядерной гонки, которая длилась 45 лет, впервые реально сокращались огромные запасы ядерного оружия: от 10000 с лишним зарядов до 6000. В Договоре было сделано много уступок США, они могли иметь значительно больше, чем 6000 зарядов, так как в зачет не входили их крылатые ракеты морского базирования, не ограничивалось число боезарядов на тяжелых бомбардировщиках.

 

После заключения Договора СНВ-1 М.С. Горбачев в одностороннем порядке заявил, что СССР ограничится не 6000, а только 5000 зарядов. Все то же стремление продемонстрировать свою лояльность, доброжелательность к партнеру по переговорам. В США это заявление восприняли с удовлетворением, но естественно, никаких встречных шагов не сделали. Все то же жесткое отстаивание своих интересов. Приученные с малых лет к процессу торговли при заключении контрактов, договоров американцы считали, что сделанная уступка уже ничего не значит. Она уже сделана - нужно добиваться следующей.

 

Можно вспомнить неравноправный Договор о ликвидации ракет средней и меньшей дальности 1987 года (плюс уничтожение комплекса "Ока", не подпадающего под условия договора), отказ от вывода железнодорожного комплекса на маршруты, отказ от его производства. И вот новая уступка. В ответ - подготовка в США условий, наверное, самого неравноправного соглашения - Договора между РФ и США о дальнейшем сокращении СНВ, который назван СНВ-2.

 

Мы вступали в период, когда импульсивные политические решения резко меняли научно обоснованные программы развития Ракетных войск. 27-30 мая 1992 года под руководством Министерства обороны в Военной академии Генштаба была проведена военно-научная конференция совместно с представителями правительства, Верховного Совета, учеными Российской академии наук. Эта конференция предшествовала важному событию - созданию Минобороны и Вооруженных сил России. Обсуждались основы военной доктрины и направления реформирования армии.

 

Конференция проходила бурно, было много выступающих. В один из дней приехал вице-президент А.В. Руцкой, речь его была неглубокой, сумбурной. Но эмоциональной.

 

Задачи, состав и перспективы развития РВСН было поручено докладывать мне. Не буду повторять содержания, так как доклад был уже 10 июля опубликован в специальном открытом выпуске журнала "Военная мысль", который подготовила академия Генштаба, ее тогда возглавлял генерал-полковник И.Н. Родионов. Суть доклада сводилась к тому, что сокращение стратегических ядерных сил ниже уровня 5000 боевых зарядов возможно только при строгом соблюдении Договора по ПРО, ограничений действий высокоточным обычным оружием, при вовлечении в переговоры Великобритании и Франции, обладающих ядерным оружием. Процесс таких сокращений должен начинаться не ранее 2000 года, то есть после того, как будут выполнены условия подписанного в 1991 году Договора СНВ-1. Особое внимание в докладе было уделено недопустимости ломки структуры стратегических сил в угоду требованиям США, так как сокращение доли Ракетных войск в СЯС чревато резким падением эффективности ответного удара.

 

Материалы доклада, одобренные руководством РВСН, нашли полное понимание и поддержку министра обороны П.С. Грачева, о чем он сказал в своем заключительном докладе, похвалив Ракетные войска.

 

В первых числах июня в Совете безопасности готовились материалы по перспективам развития стратегических ядерных сил и рекомендации на предстоящие переговоры по Договору СНВ-2. Я был приглашен для подготовки документов, в том числе доклада министра обороны на Совете. В основу были положены одобренные им и военно-научной конференцией предложения из нашего доклада.

 

Работали мы в Кремле, в кабинете секретаря Совета безопасности Ю.В. Скокова. Обстановка была непринужденной, по ходу дела шло обсуждение проблем стратегической стабильности. Сам Юрий Владимирович мне понравился. Он откровенно говорил, что проблемы стратегических ядерных сил для него новые, удивлялся неравноценности предложений США для нас и американцев, разделял наши опасения по поводу поспешного заключения Договора.

 

В то время из-за больной ноги мне было тяжело ходить с Васильевского спуска, где мы получали пропуска, до здания Совмина. В Кремле шел ремонт, поэтому нужно было обходить чуть ли не половину территории. Ю.В. Скоков распорядился, чтоб мою машину пропускали через Боровицкие ворота до здания Совмина. Помню, как мои водители ошалело искали подъезды, впервые попав на территорию Кремля.

 

В один из дней, вернувшись в кабинет с какого-то заседания, Ю.В. Скоков сказал нам дословно так:

 

- Сегодня мы вытирали ноги о Козырева (министра иностранных дел, - авт.).

 

Для сдержанного Скокова это была необычная откровенность, тем более с нами. Мы считали, что дни А. Козырева на посту министра сочтены. Но ошибался Скоков, и мы с ним. Козырева поддерживали в США, и не зря. Недаром он получил на международной арене прозвище "Мистер да". Кстати, недавно выступая по телевидению, Козырев сам сказал, что он был прозападным министром иностранных дел.

 

Настал день заседания Совета безопасности, который проводил Б.Н. Ельцин, а доклад о договоре, который навязывали нам США, делал министр обороны П.С. Грачев. После заседания Ю.В. Скоков вернулся удрученным:

 

- Президент сказал, что больше 1000 ядерных зарядов нам не нужно, так он подвел итоги Совета безопасности. Мы работаем на Президента, его решения надо выполнять. Через неделю будет новое заседание по этому вопросу, будем готовить другие документы.

 

Ю.В. Cкоков поблагодарил за работу: для новых документов нужны были другие люди. Больше я с ним не встречался.

 

Между этими двумя заседаниями министр иностранных дел А. Козырев в Лиссабоне подписал так называемое рамочное соглашение, которое определяло крайне невыгодные для России условия Договора СВН-2. К 2000-2003 годам США и Россия должны сократить ядерные силы до 3000-3500 боевых зарядов. Количество зарядов тогда нас устраивало, сроки были не вполне реальными.

 

Главным недостатком соглашения было требование уничтожить все наземные ракеты с разделяющимися головными частями, включая и тяжелые. Другими словами, мы должны были перекроить структуру стратегических ядерных сил, сделав основной компонентой морскую. А с ней американцы знали, как бороться.

 

Соглашение требовало уничтожения многих сотен наших ракет, а США ликвидировали значительно меньше. Кроме того, по условиям соглашения американцы могли очень быстро восстановить свой ядерный потенциал, поставив обратно снятые боевые блоки многозарядных ракет. Требований уничтожить лишние боевые заряды США в соглашении не было.

 

Расширилась и юридическая трещина, в которую можно было втиснуть отказ США от Договора по ПРО 1972 года.

 

В июне 1992 года было подписано Совместное заявление по глобальной системе защиты. Эту выдумку США поддержали два наших академика. Исходили они из того, что такая общая система защиты от ракетного нападения сблизит страны. Кроме того, появилась надежда на финансирование программ развития наших элементов ПРО за счет США.

 

Американцам эта программа нужна была для прикрытия работ по созданию национальной системы ПРО. Затея вскоре умерла, а в договоре упоминание о такой системе осталось.

 

Военными НИИ, в том числе нашим, Генштабом, ведущим НИИ оборонной промышленности были подготовлены аргументированные возражения против заключения договора на таких условиях. Однако, США были очень заинтересованы в нем, и 3 января 1993 года Р. Буш и Б. Ельцин его подписали.

 

Подписанный президентами двух стран Договор СНВ-2 нужно было ратифицировать. В США эта процедура прошла спокойно. Было подсчитано, что все расходы, включая затраты на контроль за выполнением договора, для США составят всего 300 миллионов долларов. Это стоимость четырех тяжелых бомбардировщиков.

 

У нас борьба с этим неудачным договором продолжилась, да так, что он даже через шесть лет после подписания не ратифицирован. Однако все обстоятельства по нему Россия неукоснительно выполняет в отличие от США. Таким образом, с 1993 года развитие Ракетных войск пошло не по одному из трех предполагавшихся направлений, а по четвертому - заданному условиями Договора СНВ-2.

 

Новый, четвертый, путь не был заложен в концепциях развития стратегических ядерных сил и Ракетных войск, не подкреплен соответствующей программой вооружения. Для его реализации нужно было быстро наращивать моноблочную подвижную группировку вместо уничтожаемых ракет с разделяющимися головными частями. Для сохранения потенциала ответного удара необходимо было за семь лет (до 2000 года) ввести порядка 500-700 пусковых установок.

 

Прошло шесть лет. Оказалось, что под влиянием экономических потрясений, о которых знают все, мы только сумели завершить опытную отработку модернизированного комплекса "Тополь-М". Эту работу возглавляли генеральные конструкторы Московского института теплотехники Б.Н. Лагутин, а затем Ю.С. Соломонов. В декабре 1998 года на боевое дежурство поставлены десять первых ракет в шахтные пусковые установки. Сравните: 500-700 и 10! Аналогичное тяжелое положение в морской и авиационной компонентах ядерной триады.

 

Таким образом, оказалось, что развитие, точнее, угасание Ракетных войск идет уже пятым, мало предсказуемым путем.

 

Действительно, делаем как лучше, а получается...

 

Договор СНВ-2: что будет?

 

Еще до увольнения в отставку (май 1993 года) мною была опубликована мало известная открытая работа,2 в которой попытался осмыслить случившееся, найти пути развития стратегических ядерных сил в условиях принятого Президентом политического решения. Военным ведь нужно его выполнять.

 

Интересно сейчас по прошествии шести бурных лет в становлении, а может, в разрушении Вооруженных сил России еще раз оценить выводы той работы.

 

Суть предложений сводилась к следующему. Договор СНВ-2 можно ратифицировать и выполнять, добившись к нему трех поправок или отдельных соглашений:

 

* признание несовместимости развертывания в США системы ПРО сверх ограничений Договора 1972 года с процессом сокращения ядерных вооружений в условиях Договора СНВ-1 и тем более Договора СНВ-2;

 

* определение процедуры уничтожения боеголовок, снимаемых с бомбардировщиков и с сохраняемых платформ баллистических ракет, или мер контроля за невозможностью возврата в группировку снятых боезарядов;

 

* договоренность о невозможности использования любых неядерных средств для поражения объектов стратегических ядерных сил при вооруженных конфликтах до начала ядерной войны.

 

При внесении этих поправок или заключении соглашений можно ратифицировать Договор СНВ-2, но не раньше 1995 года, то есть когда будет накоплен опыт уничтожения ракет по условиям первого этапа сокращений Договора СНВ-1. В 1993-1995 годах подготовить Договор СНВ-3 о дальнейшем сокращении стратегических наступательных вооружений, продвигая процесс уничтожения ядерного оружия.

 

Россия по этому договору может уничтожить авиационную компоненту СЯС, а США - наземную, что практически не скажется на потенциале сдерживания (ответном ударе) обеих сторон.

 

Предложения, сформулированные в 1993 году, актуальны и сегодня.

 

Куда же нас вынесло, что стало с нашими стратегическими ядерными силами, как изменилась политика США в области ядерных вооружений? Чтоб ответить на эти вопросы, нужно написать еще одну книгу или прочесть тысячи страниц статей, брошюр, даже книг, изданных за шесть лет подготовки Договора СНВ-2 к ратификации. В этом море литературы плавают и десяток моих статей.

 

С одной стороны, о таком серьезном предмете нельзя изъясняться скороговоркой, с другой, хочется хотя бы в общих чертах завершить рассказ о работе института в этот сложнейший период.

 

Судьба была милостива ко мне. В это смутное время я наблюдал развал Вооруженных сил и стратегического ядерного оружия почти со стороны. Публиковал аналитические статьи, обзоры в журналах и газетах. Не всегда мои оценки и взгляды совпадали с мнением моего преемника В.З. Дворкина, хотя я остался в институте на должности главного научного сотрудника. Думаю, что это нормальные взаимоотношения ученых, и не жалею о той настойчивости, с которой добивался назначения Владимира Зиновьевича начальником института.

 

Мои публикации о перспективах развития стратегических ядерных сил России привлекли внимание иностранных обозревателей. Запомнились продолжительные интервью с представителями газет "Асахи" (Япония), "Вашингтон пост". Последовавшие в этих ведущих газетах мира публикации содержали довольно доброжелательный анализ моих взглядов, оценок и предложений.

 

Так что же происходит с нашим стратегическим ядерным вооружением? Оно стареет и не пополняется новыми образцами. Большинство специалистов, и я вместе с ними, считают, что к 2003-2005 годам стратегические ядерные силы сократятся до 700-1500 боевых зарядов, если не будет целенаправленного финансирования именно этой составляющей Вооруженных сил.

 

Сейчас подготовлен закон об усиленном финансировании нашего ядерного щита. Однако проведенный Генштабом анализ возможного обеспечения армии до 2010 года показывает, что при выделении на оборону только 3,5 процентов нашего скудного ВВП не сумеем содержать в Министерстве обороны даже 1200 тысяч человек, что не очень много для территории России и протяженности ее границ. Точнее, такую численность сможем прокормить, но не останется средств на боевую подготовку, разработку и закупку нового вооружения. Зачем тогда такая армия? Говорят, что на отпускаемые деньги нормально сумеем обеспечить только тысяч 550-600.

 

Министр обороны Маршал РФ И.Д. Сергеев набрался мужества и объявил, что в армии, где было почти 1,5 миллиона человек, боеготовы только три дивизии, что-то около 30 тысяч воинов. Ни Верховный главнокомандующий, ни правительство, ни Федеральное собрание не отреагировали на случившуюся катастрофу. Армия разгромлена без войны, погублена своими же руками.

 

То же будет и со стратегическими ядерными силами, только на несколько лет позже. Они действительно к 2005 году уменьшатся в несколько раз, будут немного больше, чем планируют к этому времени иметь Франция, Великобритания, Китай (каждая страна в отдельности).

 

Как в этих условиях относиться к Договору СНВ-2? Представляется, что США становятся для нас не партнером по переговорам, которые позволяют поддерживать ядерный паритет, стабильность в многополюсном мире, а державой, обладающей большим военным превосходством, в том числе и в ядерных вооружениях.

 

Многие считают, что, ратифицировав Договор СНВ-2, мы откроем дорогу к Договору СНВ-3. Именно в него предполагается вложить условия и ограничения, которые выгодны для нас. Однако многие десятилетия переговоров подтверждают, что США заключают договоры, которые выгодны им, а не нам. Это естественно, каждая страна должна отстаивать свои интересы, и если один из партнеров не умеет или не хочет этого делать, то это его заботы.

 

Другими словами, я не верю, что все наши проблемы решатся в Договоре СНВ-3 как бы в награду за хорошее поведение, за ратификацию Договора СНВ-2.

 

Если правительство РФ не может финансировать свои стратегические ядерные силы на таком уровне, при котором к 2005 году мы будем иметь вместо разрешенных 3000-3500 хотя бы 2500 зарядов в условиях ограничений Договора СНВ-2, то этот договор становится для нас бесполезным, а может быть, и вредным. В таком случае нужен план поддержания готовности комплексов далеко за пределами гарантийных сроков службы, более полного использования ресурса вооружения, в частности 60-ти тяжелых межконтинентальных баллистических ракет.

 

Можно предположить, что по мере уменьшения нашей группировки СЯС США сами начнут сокращать свою, но, конечно, сохраняя решительное преимущество. Кроме того, с высокой вероятностью можно ожидать, что к большому преимуществу в ядерных зарядах США добавят мощную систему ПРО. Политическое решение о ее создании уже принято.

 

Все наши робкие попытки (например, Хельсинкские соглашения) как-то притормозить процесс создания системы ПРО, легко отбиваются. Здесь не место анализировать стратегические возможности так называемой тактической ПРО, которую мы уже разрешили. Огромные деньги, вложенные США в разработки системы, должны обеспечить ее создание.

 

Сколько же нужно средств, чтоб удержать группировку СЯС в приемлемых границах? Расчеты показывают, что это около 0,5-0,6 процента ВВП. Можно говорить, что деньги большие и кощунственно требовать их на ядерное оружие, когда голодают дети. Но если сравнить их с тем, что расхищается за год в государстве, то окажется, что воруют на порядок, то есть в 10 раз больше.

 

Главное - правительство, Президент должны твердо занять какую-либо позицию и объяснить ее людям. Постоянно говорить, что все нормально, как делал это много лет П. Грачев по отношению к армии - нельзя. Само ничего не устроится.

 

Вот такой примитивный, на пару страниц прогноз сложнейших военно-политических процессов подводит нас к простому выводу: ракетно-ядерные силы России не смогут в полной мере решать задачи сдерживания США и НАТО от агрессии, политического шантажа, экономического давления, вытеснения с рынков сбыта, то есть задачи отстаивания национальных интересов.

 

Теперь немного техники, поясняющей, что мы потеряем. Как известно, сдерживать от агрессии лучше всего возможностью после первого удара США оставшимися ядерными средствами нанести им такой ущерб, который заставит отказаться от начала ядерной, да и широкомасштабной неядерной войны.

 

Удар возмездия должен наноситься из постоянной готовности, то есть из повседневного состояния стратегических ядерных сил. Газета "Вашингтон пост" от 02.01.99 г. писала, что не менее пяти подводных лодок США, несущих на ракетах 960 боевых зарядов, постоянно дежурят в океане. Значит, они готовы на внезапный ядерный удар, с учетом выживших средств на континенте нанести нам ответный удар примерно 1500-ми блоками. Кстати, это и определяет уровень неприемлемого ущерба, по понятиям США на сегодняшний день.

 

Наши "демократы" считают, что нам хватит тридцати блоков, наиболее радикальные - двух, чтоб напугать США. Как видите, США о нас думают несколько иначе. В ряде статей по целому ряду соображений, которые здесь излагать не буду, предлагал для нас ограничиться возможностью доставки в США в ответном ударе 250-300 боевых зарядов, то есть в 5-6 раз меньше, чем планируют американцы.

 

Сегодня Россия не может обеспечить и такой ответный удар из постоянной готовности. Подвижные наземные комплексы стоят в местах постоянной дислокации, подводные лодки находятся на базах, бомбардировщики на аэродромах. В этих условиях практически все ядерное оружие легко поражается в первом внезапном ядерном ударе. Если на одной базе несколько лодок, то одним ядерным зарядом можно поразить 200-300 наших зарядов. Если на одном аэродроме, скажем, 9 бомбардировщиков, то одним зарядом уничтожается около 100 ядерных зарядов. На одну шахтную пусковую установку, где 1-10 ядерных блоков нужен только один заряд. Одним зарядом уничтожаются в пункте постоянной дислокации 9 блоков грунтового ракетного комплекса или 90 блоков железнодорожного.

 

Вот цена отсутствия горючего для выхода ядерных сил на маршруты. К тому же без горючего нет и боевой подготовки.

 

Таким образом, в 1999 году мы можем обеспечить возмездие только из полной готовности, на переход в которую нужно от нескольких часов до нескольких суток. Причем уровень этого возмездия будет в 5-6 раз ниже, чем предусматривают для нас США.

 

Но все это сегодня, пока еще сохраняется основная часть наших СЯС. Через пять-семь лет не станет и этого. У нас останется только угроза нанесения первого, упреждающего удара. Такое сдерживание весьма опасно для всего мира, так как предполагает, что каждая сторона должна не опоздать. Ведь в военных доктринах ядерных держав записана возможность при необходимости начать первыми ядерную войну.

 

Можно полагать, что стратегическая стабильность в мире будет окончательно утрачена. Финансовые трудности приведут не к количественным изменениям, а к коренному пересмотру ядерной политики России. С учетом создания системы ПРО, дальнейшего развития высокоточного оружия США станут единственной ядерной сверхдержавой, осуществляющей диктат в соответствии со своими национальными интересами.

 

Пока наши ядерные силы деградируют, США принимают новую военно-политическую стратегию с выразительным названием "Всеохватывающее господство". Она означает, что США готовы решать силой любые вопросы, затрагивающие национальные интересы, в любой точке земного шара. Такие интересы появляются где угодно: в Персидском заливе, в Боснии, теперь вот в Азербайджане, Грузии, на Украине. Россию вытесняют с рынков оружия и высоких технологий в Индии, Иране, Греции, Бразилии, КНДР и в других странах. НАТО заменяет собой Совет Безопасности ООН, которая стала такой покорной.

 

Вспомните "застойные" годы, когда США определяли свою стратегию как "сдерживание". Вот цена количества и качества ракетно-ядерного щита СССР (России), который некоторым нашим "демократам" казался чрезмерным.

 

В довоенном фильме С. Эйзенштейна "Александр Невский" есть печальный эпизод, когда нашего воина убивают ударом ножа в живот, чуть ниже кольчуги. Умирая, наш ратник говорит:

 

- Коротка оказалась кольчужка...

 

1 "Независимая газета", 24.12.98 г.

 

2 Л.И. Волков. Проблемы стратегической стабильности (Договоры СНВ-1 и СНВ-2). - М.: Международная инженерная академия, 1993. - 52 с.

 



Полезные сайты:

Предсказания будущего. Astrosearch.ru
Всё о кино. 100фильмов.ру
Всё о моде ModaFashionShow.ru
Все горячие новости дня Allhotnews.ru
Всe о Москве MoscowMSK.ru

Search All Ebay* AU* AT* BE* CA* FR* DE* IN* IE* IT* MY* NL* PL* SG* ES* CH* UK*
Search All Amazon* UK* DE* FR* JP* CA* CN* IT* ES* IN* BR* MX
Search Results from «Озон» Политика
 
Стэнли Милгрэм Подчинение авторитету. Научный взгляд на власть и мораль
Подчинение авторитету. Научный взгляд на власть и мораль
"Классическое исследование склонности человека следовать приказам вне зависимости от их опасных последствий." 

Майкл Дирда, Washington Post Book World

 

"Эксперименты Милгрэма с подчинением заставили нас лучше осознать опасность некритичного принятия власти."

Питер Сингер, New York Times Book Review



"Важный вклад в наше понимание человеческого поведения."

Джером Брунер, Нью-Йоркский университет



"Исследования Милгрэма делают именно то, чего мы и ожидаем от ответственных общественных наук: информируют разум, не упрощая явление." 

Science



О чем книга
На что способен пойти добропорядочный гражданин, повинуясь приказу? Размышления о десятках тысяч людей в фашистской Германии, отправлявших на смерть себе подобных, просто выполняя свой долг, натолкнули Стэнли Милгрэма на мысль о провокационном эксперименте. Поведение испытуемых в ходе разных вариаций эксперимента неизменно подтверждало страшные догадки Милгрэма: одни участники испытаний сурово "наказывали" других, не пользуясь своим правом отказаться. Парадокс заключается в том, что такие добродетели, как верность, дисциплина и самопожертвование, которые мы так ценим в человеке, привязывают людей к самым бесчеловечным системам власти. Но со времен нацистских лагерей смерти природа человека не изменилась. Вот почему актуальность концепции, которую со страшной убедительностью подтверждает эксперимент, можно оспаривать, но опасно недооценивать. Знаменитый эксперимент Милгрэма, поначалу вызвавший у многих протест и недоверие, позже был признан одним из самых нравственно значимых исследований в психологии. 

Почему книга достойна прочтения
• "Подчинение авторитету" - описание знаменитого эксперимента, давно ставшего классикой. Милгрэм и его эксперимент широко известны всем, кто интересуется психологией.
• Впервые на русском языке.
• Увлекательная и захватывающая хроника экспериментов, которые навсегда изменили представления о морали и свободе воли в обществе.
• Спорные, но ныне принятые научным сообществом эксперименты стремились выявить, до каких пределов люди станут подчиняться авторитетной фигуре, невзирая на последствия.
• Предисловие автора всемирно известного Стэнфордского тюремного эксперимента Филипа Зимбардо.

Об авторе
Стэнли Милгрэм преподавал социальную психологию в Йельском и Гарвардском университетах, затем занял должность заслуженного профессора в аспирантуре Городского университета Нью-Йорка. Среди его наград стипендия Фонда Форда, социально-психологическая премия Американской ассоциации развития науки, стипендия Гугенхейма. Умер в 1984 году в возрасте 51 года.

Ключевые понятия
Исследование, психология, подчинение, авторитет, власть, эксперимент, Милгрэм, человек, поведение, мораль, свобода, воля, провокация, приказ, жестокость....

Цена:
476 руб

Барбара Такман Ода политической глупости. От Трои до Вьетнама The March of Folly: From Troy to Vietnam
Ода политической глупости. От Трои до Вьетнама
От Троянской войны - до раскола католической церкви и Реформации.
От позорного поражения Британии в Войне за независимость США - до не менее позорной катастрофы, постигшей США во Вьетнаме.
Можно ли было всего этого избежать?
От верного или неверного решения политиков зависит многое, временами - даже слишком многое.
Так что же заставляет власть имущих снова и снова совершать роковые ошибки, имеющие зачастую чудовищные последствия?
Глупость? Некомпетентность? Злой умысел? Чрезмерные амбиции? Или что-то еще?
Барбара Такман, дважды лауреат Пулитцеровской премии, размышляет в своей интересной и увлекательной книге о самых известных роковых ошибках политиков в истории человечества…...

Цена:
364 руб

Питер Кальвокоресси Мировая политика после 1945 года World Politics since 1945
Мировая политика после 1945 года
Представленный масштабный научный труд известного британского историка и политолога, специалиста в области мировой политики и международных отношений Питера Кальвокоресси (1912-2010) охватывает период с 1945 года и практически до наших дней.

Переустройство мира после 1945 года (в частности, создание ООН), холодная война и вызовы XXI столетия (такие как международный терроризм), представляющие серьезную угрозу сложившейся мировой политической системе, нашли свое отражение в настоящей работе.

Книга предназначена для широкого круга читателей. Она может представлять особый интерес для дипломатов, политологов, историков, социологов, юристов и философов; а также всех тех, кто уделяет внимание проблемам мировой политики, международных отношений и дипломатии.

...

Цена:
1049 руб

В. И. Ленин Ослиный мост
Ослиный мост
Ленин остается загадкой, персонажем исторических анекдотов, серым волчком, которым пугают детей, - мифы о нем известны куда шире, чем собственно то, что Ленин в действительности делал или писал. Даже те, кто в целом интересуется развитием политической и исторической мысли, могли читать Маркса, Лукача или, на худой конец, Жижека - но Ленина? Пятьдесят пять томов полного собрания сочинений пугают, как неприступная стена, - нечего и пытаться.
Между тем, чтобы составить собственное суждение о самой крупной исторической фигуре XX века, недостаточно просто поверить на слово тому или иному знатоку - нужно прочитать Ленина самому. Но что именно выбрать? Что важнее, интереснее, что сохраняет свою актуальность сегодня? Где найти книгу, в которой под одной обложкой был бы собран ленинский minimum minimorum? 
Том, который вы держите в руках, - как раз такая книга. 
Она составлена знаменитым Львом Данилкиным - автором нашумевшего ленинского жизнеописания "Пантократор солнечных пылинок". 


Лучший способ составить собственное мнение о Ленине – прочитать эту книгу. 

...

Цена:
429 руб

Пол Кеннеди Взлеты и падения великих держав The rise and fall of the Great Powers
Взлеты и падения великих держав
Книга известного британского ученого Пола Кеннеди рассматривает историю непрерывных смещений мировых центров власти на протяжении последних пятисот лет - от эпохи зарождения в Европе крупных монархий и зачатков колониальных империй до начала XXI в. Подчеркивая взаимосвязь экономики, научно-технических инноваций и способности государственной политики эффективно задействовать свои ресурсы в мирное время и в состоянии войны, автор выводит закономерности, позволяющие тому или иному государству в определенный момент истории получать лидерство на мировой арене, которое в результате нарушения равновесия между военным и экономическим потенциалом легко переходит к новой мировой державе. Впервые книга была опубликована 1987 г., и последняя глава в ней звучала как прогноз относительно возможного баланса сил в мире к началу XXI в.
...

Цена:
940 руб

 Анархизм
Анархизм
Вниманию читателей предлагается сборник эссе Эммы Гольдман - всемирно известного активиста анархистского движения, теоретика анархизма и феминизма. В ее работах подвергнуты анализу основополагающие принципы анархистской теории, трактуемой в духе синтеза либертарного коммунизма и отдельных положений анархического индивидуализма; дан глубокий анализ последовательно отвергаемой анархистами идеологии патриотизма. Критически рассматриваются институты демократического общества: парламентаризм, избирательная система, юстиция, тюремные (исправительные) учреждения. В контексте современных дискуссий представляет интерес взгляд Эммы Гольдман на природу политического насилия.

Книга рекомендуется историкам, философам, политологам, а также всем, кто интересуется историей социально-политической мысли....

Цена:
283 руб

Набат звучит все громче
Набат звучит все громче
Работа является прямым продолжением книги "Набат", дополненной материалом самого последнего времени.
Со всей возможной жестокостью, на основании огромного и обобщенного массива фактов, показано, как за последнее десятилетие проводится политика переподчинений России интересам транснациональных корпораций.
Для обычного человека усиливающийся кризис оборачивается снижением уровня жизни, а для страны - отсутствием перспектив. Главным выходом является возможность со стороны населения осознанно повлиять на политику властей в самом ближайшем будущем, и детально рассматриваются способы, как это сделать....

Цена:
359 руб

Взгляд на всемирную историю (комплект из 3 книг)
Взгляд на всемирную историю (комплект из 3 книг)
"Взгляд на всемирную историю" Дж. Неру, издаваемый в отличие от однотомного английского оригинала в трех томах, позволит широким кругам советских читателей ознакомиться с концепцией исторического процесса одного из выдающихся прогрессивных лидеров национально-освободительного движения современности. Выход в свет этого труда на русском языке не только обогатит читателей новыми сведениями об исторических событиях, их связях и обусловленности, но и явиться новым вкладом в развитие культурных связей между СССР и Индией и будет способствовать упрочнению советско-индийской дружбы. Письма к дочери из тюрьмы, содержащие свободное изложение истории для юношества....

Цена:
1319 руб

Дж. Вуд, Ж. Серре Дипломатический церемониал и протокол
Дипломатический церемониал и протокол
Книга Дж.Вуда и Ж.Серре - классический справочник по дипломатическому протоколу и церемониалу. Она представляет собой кодекс дипломатической вежливости со всеми законами, правилами, условностями и атрибутами международного этикета, составляющими протокол. Вместе с тем в центре внимания авторов - историческая тенденция демократизации протокольной практики. Несмотря на разительные перемены в содержании мировой дипломатии, стабильными остаются формы, методы и инструменты дипломатической работы, среди которых протокол является одним из важнейших, внося в международные отношения иерархию, дисциплину и организованность. Не случайно авторы приводят немало примеров протокольных ошибок, которые вызывали порой серьезные политические осложнения.

Книга полезна и даже необходима всем, чья деятельность связана с международными контактами - и государственными, и предпринимательскими....

Цена:
528 руб

 Политика за 30 секунд
Политика за 30 секунд
ПОЛИТИКА ЗА 30 СЕКУНД поможет вам развеять туман неясности и паранойи вокруг политических понятий. Книга бросает вызов политическим теоретикам всех мастей и позволяет обойтись без "скажите-это-как-его" объяснений по поводу пятидесяти самых важных политических "измов", "архий" и "кратий", возникших начиная с Афин времен Перикла. Книга объясняет каждую политическую теорию в объеме не более двух страниц или 300 слов с привлечением иллюстративных материалов, поскольку все мы знаем, что одна картинна иногда стоит тысячи скучных слов....

Цена:
690 руб

2014 Copyright © PoliticWar.ru Мобильная Версия v.2015 | PeterLife и компания
Пользовательское соглашение использование материалов сайта разрешено с активной ссылкой на сайт. Партнёрская программа.
Рейтинг@Mail.ru Яндекс.Метрика Яндекс цитирования