Политический словарь
Ядерное сдерживание и договор снв-2

ЯДЕРНОЕ СДЕРЖИВАНИЕ И ДОГОВОР СНВ-2

 

В. Дворкин

 

1. О трансформации модели ядерного сдерживания

 

Принципы ядерного сдерживания, сформировавшиеся как один из главных постулатов "холодной" войны и глобального противостояния двух систем, и в периоды своего расцвета не давали покоя пытливым умам специалистов различного профиля, не в последнюю очередь политологов. Необходимость собственно сдерживания от ядерного нападения не подвергалась сомнению, однако способы, технология сдерживания, возможность какого ущерба нападающей стороне необходимо демонстрировать для сдерживания, какой формой удара эффективнее сдерживать (ответно-встречным, ответным) и т.п.- всегда были предметом дискуссий.

 

Более утилитарно к этой проблеме относились военные аналитики и специалисты по ядерному планированию, для которых исходной посылкой в значительной мере были боевые задачи стратегических ядерных сил (СЯС), утверждаемые Генеральным штабом.

 

Вместе с тем от определенности, во-первых, в необходимом для сдерживания уровне ущерба и, во-вторых, приоритета той или иной формы ответных действий (ответно-встречный или ответный удар) зависят требования к боевому составу и системе боевого управления СЯС России как по общему количеству носителей и боезарядов, так и по структуре СЯС с точки зрения их живучести. Это особенно важно для решения вопроса о соответствии интересам России параметров договорных ограничений стратегических наступательных вооружений (СНВ).

 

Дискуссии об уровне так называемого "неприемлемого" ущерба идут с начала 60-х гг. и прошли, по-видимому, все стадии, включая в значительной степени эмпирические оценки Р. Макнамары (поражение 2/3 промышленного потенциала и 1/4 населения, для чего необходимо доставить к целям в ответном ударе более 1000 боезарядов среднего класса), А. Д. Сахарова (доставка в тех же условиях 500 боезарядов мегатонного класса) и многолетние детальные исследования по заданию Государственного комитета по военно-промышленным вопросам Совета Министров СССР (ВПК), в процессе которых изучены модели функционирования экономики, структура промышленного потенциала США и его отдельных отраслей, поражение которых способно парализовать страну на короткий, средний и продолжительный периоды. Для всех вариантов определено необходимое количество доставляемых в ответных действиях боезарядов.

 

Однако сделать практические выводы по результатам исследований, то есть определить и утвердить требуемый уровень "неприемлемого" ущерба оказалось в конечном счете невозможным. И прежде всего по той причине, что определение уровня "неприемлемого" ущерба, угроза нанесения которого вынуждает агрессора отказаться от нападения, связано с необходимостью учета (помимо структуры экономического потенциала) политических, исторических, национальных, социально-психологических и других особенностей развития страны, что не поддается формализации.

 

Поэтому дискуссии об уровне "неприемлемого" ущерба могут, по-видимому, продолжаться безрезультатно столько же времени, сколько будет существовать ядерное оружие.

 

На практике формирование требуемого в ответных действиях ущерба, то есть эффективности ответного и ответно-встречного ударов СЯС СССР и России осуществлялось прежде всего с учетом реально имеющихся или прогнозируемых (с учетом проводимых опытно-конструкторских работ и текущих планов развертывания боевых средств) боевых возможностей группировок составляющих триады.

 

Переубедить же тех, кто считает достаточным для сдерживания угрозу несколькими ядерными взрывами или несколькими сотнями таких взрывов на территории потенциального агрессора, вряд ли удастся.

 

О выходе из этого тупика и о новой модели ядерного сдерживания - ниже.

 

Не менее дискуссионным представляется вопрос о влиянии на сдерживание угрозы осуществления ответно-встречного и ответного ударов. Ряд политологов полагает и, возможно, у них были для этого определенные основания, что в эпоху "холодной" войны и глобального противостояния военно-политическое руководство СССР главную ставку делало на ответно-встречный удар, а это крайне опасно из-за ошибок в работе эшелонов системы предупреждения о ракетном нападении, ограниченного лимита времени на принятие решения, личностных качеств людей, принимающих решения. Все это так: определенную дестабилизирующую роль ответно-встречного удара отрицать трудно. Но у этой формы ответных действий есть и сильная стабилизирующая сторона, роль которой до настоящего времени не изучена. Дело в том, что риск принятия неправильного решения резко повышается при обострении обстановки, в ходе ведения широкомасштабной войны обычными средствами. А это означает, что угроза ответно-встречного удара должна сдерживать не только от ядерной агрессии, но и вообще от глобального обострения обстановки, не говоря уже о широкомасштабной войне. И это, конечно, повод для размышлений о неоднозначной роли ответно-встречного удара в стратегии ядерного сдерживания.

 

Вместе с тем в периоды "холодной" войны, если судить по реальным программам, в нашей стране основная ставка в ядерном сдерживании все-таки делалась на гарантированный ответный удар. Неопровержимое подтверждение этому - четырехразовое повышение защищенности шахтных пусковых установок МБР по мере роста точности попадания МБР и БРПЛ США. А когда точность попадания американских боезарядов с вводом МБР "МХ" и БРПЛ "Трайдент-2" возросла настолько, что дальнейшее традиционное повышение инженерной защиты шахт стало бессмысленным, мы вынуждены были вводить в боевой состав пусковые установки МБР грунтового и железнодорожного базирования. А ведь стоимость развертывания, например, железнодорожного ракетного комплекса в расчете на одну ракету с десятью боезарядами почти в два раза превышает стоимость шахтного  комплекса с "тяжелой" ракетой. Но все это - как повышение защищенности шахтных пусковых установок, так и разработка мобильных ракетных комплексов, - необходимо было для повышения живучести ядерных сил, то есть для гарантированного сохранения угрозы ответного удара, поскольку для осуществления ответно-встречного удара все эти меры не только бесполезны, но отчасти и вредны, так как техническая готовность к старту ракет мобильных комплексов ниже.

 

Изложенные выше положения по уровню необходимого ущерба и характеру ответных действий, связанных с таким ключевым свойством ядерных сил, как их живучесть, имеют непосредственное отношение к формированию новой модели взаимного ядерного сдерживания и к договорам о сокращении СНВ.

 

В задачу военного специалиста не входит оценка того места на пути от глобального силового противостояния к стратегическому партнерству России и США, на котором мы сейчас находимся. Но то обстоятельство, что определенная часть пути пройдена и угроза ядерного нападения США на Россию находится на трудно различимом уровне, вряд ли подвергается сомнению. Но поскольку ядерные силы России и США, как и других стран, будут, вероятнее всего, в силу сложившихся условий существовать не одно десятилетие и в XXI веке, целесообразно было бы трансформировать модель взаимного ядерного сдерживания России и США в направлении сдерживания не от ядерного нападения, а от возврата к "холодной" войне, к глобальному противостоянию и новой гонке вооружений. В этом Россия в сложившихся условиях заинтересована значительно сильнее, чем США.

 

Переход к такой модели взаимного сдерживания не следует рассматривать как декларативный акт, поскольку новая модель связана с корректировкой представления о требованиях, предъявляемых к СЯС России в целом и к их структуре в частности, а также к оперативной готовности.

 

Такие требования, в особенности к степени готовности, режиму боевого дежурства с точки зрения их напряженности, должны, конечно, учитывать ядерные силы других стран и быть ориентированы на достаточную гибкость при изменении обстановки.

 

Но главное требование, связанное с переходом к новой модели, состоит в необходимости сохранения и поддержания баланса стратегических наступательных вооружений, который заключается в примерном равенстве не только количества боезарядов, но и боевых возможностей ядерных сил по контрсиловому потенциалу, по способности вывода боевых средств из-под удара (по эффективности ответно-встречного удара), по количеству доставляемых к целям боезарядов в глубоком ответном ударе (по потенциалу сдерживания).

 

Важно подчеркнуть, что при традиционной модели сдерживания США от ядерного нападения баланс не обязателен; можно снизить требования к СЯС, обойтись меньшим числом боезарядов и пониженными боевыми возможностями, отказаться от договоров и вообще пойти своим путем. Но для решения проблемы сдерживания в новом понимании нужен баланс сил. Продвижение к такому балансу происходит в русле сложившейся за десятилетия системы договоров по ограничению и сокращению СНВ, способствует минимизации иллюзий о военном превосходстве в области СНВ и оснований для политического и экономического давления на Россию.

 

И наконец, как показывают результаты комплексного моделирования операции СЯС, поддержание баланса в рамках существующих и прогнозируемых договорных ограничений СНВ в значительной степени перекрывает диапазоны  разногласий  по  уровню "неприемлемого" ущерба, выводя эту длительную дискуссию из тупика.

 

2. Критика Договора СНВ-2

 

О параметрах Договора СНВ-2, его недостатках и преимуществах сказано и опубликовано все или почти все.

 

Если обобщить все отмечаемые недостатки собственно договора и последствий его ратификации, то можно представить следующий перечень.

 

1. Ликвидация к 2003 году МБР с РГЧ подрывает основу СЯС России - группировку РВСН, на ракетах с РГЧ которой сейчас находится более 80% боезарядов (около 50% от всех боезарядов СЯС). Разрушается сложившаяся за десятилетия структура СЯС, которая должна теперь приближаться к структуре стратегических наступательных сил (СНС) США, где главная часть триады - морская.

 

2. С ликвидацией МБР с РГЧ Россия лишается наиболее эффективного средства прорыва ПРО США. В условиях интенсивно продолжающихся работ по развертыванию стратегической и нестратегической ПРО США это совершенно недопустимо.

 

3. С продвижением НАТО на Восток, в условиях, когда силы общего назначения России значительно ослаблены и основу военной безопасности составляют ядерные силы, сокращение последних недопустимо.

 

4. Сокращение СНВ до уровней, предусмотренных Договором СНВ-2, потребует дополнительных средств на их ликвидацию, исчисляемых десятками триллионов рублей.

 

5. Для выхода на допустимые квоты по Договору СНВ-2 потребуется ввести в группировку РВСН сотни пусковых установок стационарного и мобильного базирования с моноблочными МБР, что потребует колоссальных затрат. Поэтому лучше и дешевле заполнить квоты ракетами с РГЧ (с 10 боезарядами). Кроме того, грунтовые пусковые установки типа "Тополь" уязвимы в обычной и ядерной войнах, а из-за аварий на маршрутах угрожают ядерной безопасности.

 

6. После реализации условий договора  США  будут  располагать "возвратным потенциалом", то есть способностью быстро восстановить количество боезарядов при выходе из договора, вчетверо превышающим такой потенциал СЯС России, поскольку платформы МБР "Минитмен-З" и БРПЛ "Трайдент-2" сохраняются, а 100 тяжелых бомбардировщиков с неядерными средствами могут быть переоборудованы под ядерные крылатые ракеты. Таким образом, США могут увеличить число боезарядов примерно на 4000 единиц, а Россия - только на 525 единиц на ракетах SS-19, которые к тому же после 2010 года прекратят свое существование.

 

7. Условия Договора СНВ-2, ограничивающие количество переоборудуемых пусковых установок тяжелых МБР с РГЧ SS-18 для размещения в них моноблочных ракет "Тополь-М" до 90 единиц, да еще необходимость заливки их на 5 метров бетоном, наряду с установкой ограничительных колец, являются совершенно излишними, требуют больших дополнительных затрат и почти что унизительны, поскольку существуют и другие надежные методы контроля.

 

8. Вопрос ратификации Договора СНВ-2 не может быть решен до тех пор, пока нет Концепции национальной безопасности, Военной доктрины России, программы развития СЯС, пока не представлены затраты на развитие ядерных сил, их сокращение и утилизацию.

 

Выводы, следующие из этого перечня, сводятся к тому, что Договор СНВ-2 в существующем виде подрывает безопасность России. Соглашаясь, в принципе, с ограничением числа боезарядов до 3000 - 3500 единиц, многие оппоненты предлагают внести поправки, допускающие сохранение МБР с РГЧ, снимающие отмеченные выше технические ограничения по переоборудованию шахт, обусловить ратификацию сохранением Договора по ПРО 1972 года, нерасширением НАТО, продлением сроков выполнения Договора до 2008 года и началом переговоров по Договору СНВ-З.

 

3. Контраргументы

 

Краткий анализ представленной аргументации позволяет отметить следующее.

 

1. Существующие МБР с РГЧ подлежат ликвидации, и это теперь уже хорошо известно оппонентам, не по условиям Договора СНВ-2, а в результате окончания даже не гарантийных, а продленных сроков эксплуатации. Основная часть этих ракет (SS-18 и SS-24) разработаны и изготовлены НПО "Южное", и воспроизводство их невозможно по многим причинам. Незначительное количество тяжелых ракет, сопоставимое с количеством ликвидируемых по договору МБР США "МХ", способно находиться на боевом дежурстве до 2006-2008 годов. В то же время МБР "МХ" могут быть в боевом составе СНС США еще не одно десятилетие, а учитывая, что по боевой эффективности эти ракеты нисколько не уступают нашим тяжелым ракетам, размен этот более чем выгоден.

 

Не Договор СНВ-2 изменяет структуру СЯС России, а сложившаяся и прогнозируемая экономическая обстановка. Количественные условия Договора накладывают ограничения прежде всего на морскую компоненту СНС США, ограничив ее 1750 боезарядами. Россию ничто не обязывает гнаться за США по этому показателю для морских СЯС. А по количеству боезарядов в РВСН мы ограничены только потолком для носителей по Договору СНВ-1 (1600 единиц) и можем в условиях Договора СНВ-2 ввести до 1200-1300 моноблочных МБР. Были бы средства для этого.

 

2. Утверждение об эффективности ракет с РГЧ, особенно тяжелых МБР, при преодолении ПРО справедливо только при одновременном выполнении двух условий: СЯС России наносят удар первыми, и США не развертывают космические эшелоны ПРО. Первое условие комментировать излишне, а по второму можно ответить только то, что стоящие на вооружении МБР с РГЧ представляют собой относительно легкую добычу для информационных и боевых средств космической ПРО (типа "ВР", лазерного оружия) из-за продолжительных участков выведения и разведения и высокой траектории полета. И если система договоров СНВ-ПРО рухнет, то можно с большой долей уверенности прогнозировать развертывание космического эшелона ПРО.

 

Именно для этих условий в рамках асимметричного ответа в СССР приступили в середине 80-х годов к разработке нового поколения МБР с сокращенным активным участков, с повышенной стойкостью ракет к космическому оружию и с другими мерами, повышающими эффективность преодоления ПРО. Эти работы требовали значительных затрат и даже в те годы продвигались с большим трудом.

 

Но это еще не все, что необходимо отметить в связи с возможностью развертывания ПРО США, как стратегической, так и нестратегической.

 

Необходимость строгого соблюдения Договора по ПРО 1972 года на всех уровнях рассматривается как обязательное условие ратификации Договора СНВ-2.

 

В том, что нарушение Договора по ПРО и неограниченное развертывание тактической ПРО в условиях сохраняющейся модели ядерного сдерживания подрывают стратегическую стабильность, которая обеспечивается устойчивым балансом ядерных сил при действии дестабилизирующих факторов, не сомневаются как сторонники, так и противники ратификации Договора СНВ-2. Наши политические лидеры также неоднократно подтверждали необходимость обусловить ратификацию Договора СНВ-2 строгим соблюдением Договора по ПРО.

 

В этом месте автор вынужден разделить политические и военные аспекты проблемы, поскольку военному специалисту, находящемуся на государственной службе, не следует делать публичных политических оценок или давать какие-либо рекомендации в этом плане.

 

Потому ниже - только об оценке ситуации с точки зрения соотношения сил.

 

Если бы Россия была способна поддерживать боевой состав СЯС в начале следующего столетия на уровне, соответствующем ограничениями Договора СНВ-1 (5000-6000 боезарядов), включая МБР с РГЧ стационарного и железнодорожного базирования, то в рамках модели ядерного сдерживания ей угрожал бы контрсиловой потенциал МБР и БРПЛ США на уровне 4900 боезарядов МБР "МХ", "Минитмен-З" и БРПЛ "Трайдент-2" (в полном соответствии со статьей 2, п.1 Договора СНВ-1).

 

Но поскольку реально Россия не сможет поддерживать боевой состав СЯС на таком уровне, то представленный контрсиловой потенциал СНС США необходимо соотносить с ослабленной группировкой наших СЯС, что, как показывают результаты моделирования операций, приведет к снижению потенциала сдерживания (эффективности ответного удара) в 2,0-2,5 раза.

 

Принимая этот понизившийся потенциал сдерживания в качестве исходного значения, можно оценить, что произойдет при вступлении в силу Договора СНВ-2 с учетом односторонних шагов США, сделанных в процессе движения к этому Договору. Основной из них - ограничение до 400 единиц количества высокоточных полумегатонных боезарядов W-88 на БРПЛ "Трайдент-2", которых в рамках Договора СНВ-1 могло бы быть почти 3500 единиц, а по Договору СНВ-2 - до 1750 единиц. Таким образом, при ликвидации 500 наиболее мощных и точных боезарядов МБР "МХ" и 1000 боезарядов "Минитмен-З" общее количество зарядов, предназначенных прежде всего для разоружающего удара, сокращается более чем в 5 (!) раз.

 

В этих условиях, по отношению к исходному, потенциал сдерживания наших СЯС, то есть количество сохранившихся и способных стартовать в ответном ударе боезарядов РВСН и морских СЯС увеличивается примерно в 2 раза. Одновременно с этим резко сокращается разрыв в боевых возможностях СНС США и СЯС России и создаются наиболее благоприятные условия для поддержания баланса сил, необходимость которого утверждалась выше.

 

Эти оценки можно было бы считать наиболее сильным аргументом в пользу ратификации Договора СНВ-2, если бы не было других.

 

Возвращаясь к влиянию развертывания ПРО США, следует учитывать, что эффективность ее преодоления зависит от насыщения информационных и боевых средств эшелонов ПРО стартующими носителями, боезарядами и ложными целями. А поскольку в условиях Договора СНВ-2 стартующих средств в 2 раза больше, то при действующем Договоре СНВ-1 та же самая ПРО представляет еще большую опасность. Другими словами, с военной точки зрения, чем интенсивнее США будут продвигаться к развертыванию ПРО, тем быстрее Договор СНВ-2 должен вступить в силу. Но лучше не ждать появления ПРО, а, ратифицировав Договор СНВ-2, договариваться об устойчивости Договора по ПРО. Можно надеяться, что с учетом сформулированной выше логики этот вывод не покажется парадоксальным.

 

Если США все-таки начнут развертывать стратегическую ПРО за рамками Договора 1972 года, или не удастся достигнуть приемлемых условий разграничения стратегической ПРО и ПРО выдвинутой на театр военных действий (ТВД), то пересматривать следовало бы прежде всего некоторые условия действующего Договора СНВ-1. В частности, по 34-му согласованному заявлению Приложения к этому Договору определены пределы увеличения забрасываемого веса ракеты типа "Тополь", имеющийся резерв которого можно использовать для размещения эффективных средств преодоления ПРО.

 

3. О негативном влиянии расширения НАТО на Восток также уже сказано более чем достаточно, в том числе и автором в связи с угрозой для баланса ядерных сил*. Но приложение этого процесса к ратификации Договора СНВ-2 приводит, по существу, к выводам, во многом аналогичным только что сделанным. Поскольку в дополнение к нарушению стратегического баланса сил за счет распространения военной инфраструктуры при вступлении в НАТО стран Восточной Европы, без ратификации Договора СНВ-2 прибавляется то же самое пятикратное увеличение количества боезарядов СНС США, предназначенных для разоружающего удара. В этих условиях целесообразно было бы ратифицировать Договор СНВ-2, но отказаться, например, от принятого одностороннего обязательства не выводить на маршруты боевого патрулирования железнодорожные ракетные комплексы, поскольку в неподвижной состоянии они становятся более уязвимыми при внезапном ударе тактической авиации НАТО в случае использования восточно-европейской сети аэродромов.

 

4. Условия Договора СНВ-2 не накладывают никаких ограничений на программы поддержания и развития морской и авиационной составляющих нашей триады. Более того, даже программы развития этих компонент, разработанные в СССР для условий Договора СНВ-1, не выходили за рамки ограничений Договора СНВ-2. Поэтому никаких дополнительных затрат на ликвидацию морских и авиационных СЯС не потребуется.

 

Остаются наземные МБР, которые и без Договора СНВ-2 придется снимать с вооружения по истечении продленных сроков эксплуатации. Если срок реализации условий договора - 2003 год, то пришлось бы досрочно ликвидировать около 50 пусковых установок тяжелых ракет, для чего необходимо около 200 млрд. рублей в ценах 1996 года. В случае продления срока реализации договора до 2008 года те же средства пришлось бы выделять позже для ликвидации пусковых установок по окончании сроков эксплуатации. И это, конечно, выгоднее по целому ряду причин. Таким образом, миф о необходимости десятков триллионов рублей для сокращения СЯС по Договору СНВ-2 не имеет под собой никаких оснований.

 

5.  В период до 2005 года и далее средства на развертывание модернизированных наземных и морских стратегических ракетных комплексов и подводных ракетоносцев нужны и, действительно, значительные, исчисляемые десятками триллионов рублей. И если будет принято решение сохранить за Россией статус ядерной страны, сравнимый по ядерному потенциалу с США, то такие средства придется выделять. Но без действующего Договора СНВ-2 еще больше. Дело в том, что предлагаемые некоторыми независимыми экспертами разработка и развертывание в шахтных пусковых установках десятиблочных МБР не может рассматриваться как альтернатива высокоживучим моноблочным ракетам. Развертывание стационарных МБР с РГЧ никаким образом не способствует поддержанию живучести, а следовательно, и потенциала сдерживания наземной группировки, поскольку такие МБР с высокой вероятностью поражаются одним-двумя боезарядами МБР и БРПЛ США, которых у них в условиях без Договора СНВ-2 будет в избытке. Именно поэтому при планировании развития СЯС в рамках Договора СНВ-1 в СССР предусматривалось развертывание не меньшего количества моноблочных МБР, чем это требуется для условий Договора СНВ-2. С экономической точки зрения, в условиях ограниченных планируемых средств, да еще хронического недофинансирования, когда с огромными трудностями, с отставанием, недопустимо низкими темпами проводятся опытно-конструкторские работы по модернизации только одной МБР и одной БРПЛ, в такой ситуации предлагать сейчас еще одну опытно-конструкторскую работу, которая потребует увеличить ассигнования не менее, чем в 2-3 раза по сравнению с текущими затратами, означает крайнюю степень авантюризма в худшем смысле этого понятия. И здесь не исправит положения попытка установить в шахту не предназначенную для этого существующую или модернизируемую БРПЛ с РГЧ, поскольку это все равно - новая опытно-конструкторская работа, да и условия Договора СНВ-1 такого не допускают (статья 5, п.9). В отдаленной перспективе существует возможность разработки в значительной степени унифицированной МБР и БРПЛ, допускающей "развести" такие ракеты по ограничениям Договора СНВ-1, но стоящая сегодня проблема ратификации Договора СНВ-2 к этому отношения уже не имеет.

 

Если бы процесс сокращения СНВ пошел вспять, то лучше уж идти по пути оснащения ракет "Тополь" и "Тополь-М" разделяющейся головной частью, но в ближайшей перспективе и на это нет средств. И что еще важнее, и в этом случае до ядерного баланса будет далеко.

 

Многолетний опыт эксплуатации подвижных пусковых установок ракет средней дальности типа "Пионер" и МБР "Тополь", большого числа учений с проведением воздушной и космической разведки подтвердил высокую скрытность мобильных комплексов, хорошую проходимость по бездорожью и необходимую для решения задач ответных действий живучесть. Крайне редкие в прошлом аварии на дорогах ни разу не приводили даже к опасности, а выход из аварийного состояния в кратчайшие сроки осуществлялся штатными средствами ракетного комплекса.

 

Утверждение того, что находясь постоянно в движении на маршрутах патрулирования, подвижные пусковые установки МБР легко уязвимы для террористов и диверсантов и больше угрожают своей стране, чем потенциальным противникам, мягко говоря, тенденциозны. Да, действительно, движение пусковых установок по дорогам - это не самое безопасное для них состояние. В шахте спокойнее. Но, во-первых, на самом деле они стоят в укрытиях или под кронами деревьев более 95% от общего времени боевого дежурства, а остающегося времени вполне достаточно для периодической смены позиций. Во-вторых, в течение более трех десятилетий через всю страну непрерывно движутся десятки тысяч ядерных боезарядов, десятки тысяч тонн агрессивных компонентов ракетного топлива, сотни заправленных этими компонентами ампулизированных БРПЛ. От аварий и катастроф уберег не столько Бог, сколько отработанная система  организационно-технических мер предупреждения, защиты, охраны и т. д.

 

В этих условиях "атаки" на ракетную систему "Тополь" и "Тополь-М", стационарные и мобильные ракеты которой составят основу группировки РВСН при любом развитии событий (с Договором СНВ-2 или без него), можно рассматривать как покушение на Договор СНВ-2 с негодными средствами.

 

6. После реализации условий Договора СНВ-2 США действительно будут иметь многократно превосходящий "возвратный потенциал". Правда, имея в виду опыт "холодной" войны, гонки вооружений и переговорных процессов, почти что невозможно представить себе ситуацию, в которой США надумали бы реализовать этот потенциал. Тем не менее, как угроза это преимущество существует, и с ним приходится считаться. Но здесь есть особенности. Американцы еще больше превосходят нас в возможностях "медленного" наращивания СНВ за счет производства новых МБР, тяжелых бомбардировщиков, других видов вооружений. Для нас их "медленное" наращивание нужно считать "быстрым", так как все равно не угнаться. Поэтому можно было бы не концентрироваться только на "возвратном потенциале" как аргументе против ратификации Договора СНВ-2, а продолжить переговорный процесс и исключать предпосылки как для быстрого, так и медленного наращивания СНВ.

 

Тем не менее, снять с повестки дня  угрозу  превосходства  в "возвратном потенциале" можно было бы, подготовив и заключив с США отдельное соглашение о контролируемой ликвидации корпусов боезарядов разгружаемых МБР и БРПЛ по процедурам, аналогичным тем, что применялись в процессе выполнения Договора о РСМД. Анализ показал возможность осуществления таких процедур без угрозы вскрытия охраняемых характеристик.

 

И на сегодняшний день нет видимых причин, по которым США не пошли бы на подобное соглашение.

 

7. Конечно, ограничение (до 90) количества переоборудуемых пусковых установок тяжелых ракет и требование по заливке их бетоном надо рассматривать как раздражающие, досадные уступки. Чем бы мы угрожали США, если бы переоборудовали не 90, а 154 шахтных установок (оставляемых по Договору СНВ-1)? И зачем заливать их бетоном, если производство тяжелых ракет не подлежит восстановлению? Правда, есть некоторые смягчающие обстоятельства. Во-первых, переоборудование шахты тяжелой ракеты для моноблочной МБР стоит всего на 10-15% меньше, чем строительство новой. Во-вторых, марка бетона договором не определена. Можно заливать шахту и армированным для стойкости шлакобетоном, что на порядок дешевле. Но все равно лишних денег нет и досада остается. Но не только у нас. Многие американцы раздосадованы, например, тем, что новейшие ракеты "МХ" уничтожаются, хотя могли бы служить не одно десятилетие в следующем веке, а устаревшие МБР "Минитмен-З" остаются. Так что здесь установился баланс досады и раздраженности.

 

А что касается унизительности... После того, что с нами произошло за последние пять лет, такая степень унижения уже неразличима.

 

8. Требования к исполнительной власти представить Концепцию национальной безопасности, Военную доктрину России, определить и представить программу развития СЯС, требуемые затраты на их развитие и ликвидацию вооружений вполне оправданы и в конце концов будут, по-видимому, удовлетворены. Вместе с тем, стоит задаться вопросом: какой разумной по содержанию Концепции национальной безопасности и какой по целям Военной доктрине России, если только они не основаны на имперских амбициях, не преследуют целей возврата к гонке вооружений и других подобных замыслов, могут противоречить условия Договора СНВ-2? Если вникнуть в эти вопросы и попытаться дать на них ответы, то можно прийти к заключению о том, что при всей справедливости выдвигаемых требований они не имеют прямого отношения к проблеме ратификации Договора СНВ-2.

 

Если Договор СНВ-2 не будет одобрен Государственной Думой, то Россия, даже при условии постепенного выхода из кризиса, все равно вряд ли достигнет на рубеже 2005-2010 годов потолков этого договора по числу боезарядов, вне зависимости от того, будут ли в составе СЯС МБР с РГЧ, или их не будет. А в США останутся более 8000 боезарядов по реальному зачету в рамках Договора СНВ-1.

 

Будут созданы все предпосылки для подрыва Договора по ПРО 1972 г. и для ужесточения позиций при развертывании ПРО ТВД, которая может быть более опасной, чем стратегическая, в случае отсутствия приемлемых условий разграничения. И НАТО может не ограничиться расширением только за счет Польши, Чехии и Венгрии. И ни о каком Договоре СНВ-З, по-видимому, не будет идти речи, а он крайне необходим для устойчивого стратегического баланса.

 

Таким образом, при всей справедливости изложенных выше требований их нельзя выставлять как ультиматум ратификации. Процесс ратификации - всего лишь повод еще раз выдвинуть эти требования и, прежде всего, по выделению необходимых средств для поддержания и развития наших СЯС, которым угрожает деградация.

 

Предложения по поправкам к Договору СНВ-2 целесообразно было бы обсуждать до той грани, за которой наступает его разрушение.

 

Но одну поправку необходимо выделить. Она заключается в переносе срока реализации договора с 2003 года на 2008 год. Для этого есть все основания.

 

Пункт 1 статьи 1 Договора СНВ-2 предусматривает семилетний срок выполнения первого этапа с момента вступления в силу Договора СНВ-1, который был подписан 31 июля 1991 года и ратифицирован 4 ноября 1992 года. А пунктом 3 статьи 1 завершение второго этапа Договора СНВ-2 установлено до 1 января 2003 года. Такая редакция имела смысл в случае, если бы Договор СНВ-1 вступил в силу сразу же после его ратификации, в чем практически никто не сомневался. Но из-за известной позиции Украины Договор СНВ-1 вступил в силу только 5 декабря 1994 года. И если следовать пункту 1 статьи 1 Договора СНВ-2, то первый этап его должен быть завершен к 2002 году, то есть близко к тому моменту, когда по п. 3 этой статьи Договор СНВ-2 должен быть выполнен в полном объеме. В этом и заключается основание для внесения поправки. Ее принятие не уменьшит суммарных расходов на ликвидацию СНВ и их модернизацию, но позволит отнести эти расходы на более позднее время, в чем существует большая заинтересованность.

 

На сегодняшний день нет оснований полагать, что если эта поправка будет основной, то США не согласятся с ней† .

 

Выводы

 

Если бы стояла задача подготовить обращение к тем, от кого зависит ратификация Договора СНВ-2, то в него можно было бы включить следующее:

 

1. Не мешайте, пожалуйста, США сократить свои стратегические наступательные вооружения с 8,5 тыс. боезарядов до 3,5 тыс., уменьшить контрсиловой потенциал более чем в три раза, а администрации президента Клинтона - сдерживать попытки разрушить Договор по ПРО 1972 года, согласиться с поправкой о переносе срока реализации Договора СНВ-2 и приступить к обсуждению Договора СНВ-З.

 

2.  Не мешайте России впервые за всю историю ядерного противостояния приблизиться к балансу СНВ с США по боевым возможностям ядерных сил, в чем мы всегда уступали американцам, несмотря на количественное равенство боезарядов. И тем самым хотя бы по этому критерию оставаться на уровне сверхдержавы.

 

3. Продолжайте требовать согласования и утверждения концепции национальной безопасности, военной доктрины России, выделения необходимых средств на устойчивое развитие СЯС России, на утилизацию почти 150 атомных подводных лодок и другого вооружения, но имейте в виду то, что все это необходимо вне зависимости от Договора СНВ-2, который нужно ратифицировать.

 



Полезные сайты:

Предсказания будущего. Astrosearch.ru
Всё о кино. 100фильмов.ру
Всё о моде ModaFashionShow.ru
Все горячие новости дня Allhotnews.ru
Всe о Москве MoscowMSK.ru

Search All Ebay* AU* AT* BE* CA* FR* DE* IN* IE* IT* MY* NL* PL* SG* ES* CH* UK*
Search All Amazon* UK* DE* FR* JP* CA* CN* IT* ES* IN* BR* MX
Search Results from «Озон» Политика
 
Хазин М., Щеглов С. Лестница в небо. Краткая версия
Лестница в небо. Краткая версия
Власть не дают, власть берут - сколько раз Вы слышали эти слова, и сколько раз повторяли сами, не задумываясь об их смысле. А между тем, насильственный захват власти в любой стране является тягчайшим преступлением, и попытки «взять власть» заканчиваются не на троне, а на эшафоте. Как же так получилось, что расхожим мнением о Власти стала реклама преступного и тупикового пути к ней, и как на самом деле обычные люди становятся людьми Власти? В своей книге Хазин и Щеглов предлагают читателю совершенно новую трактовку сущности Власти, подробно рассказывая о всех стадиях властной карьеры - от рядового сотрудника корпорации до высокопоставленного представителя мировой элиты. Участвуя в диалоге с Теоретиком и Практиком, Читатель постепенно знакомится с основными категориям теории Власти (властными группировками, ресурсами, вассалами и сюзеренами) и с ее правилами, главным из которых всегда было и остается «Молчание - золото!».
Какое правило Власти нарушил Стив Джобе, в 1984 году уволенный со всех постов в собственной компании Apple? Какой враг довел до расстрела «гения Карпат», всесильного диктатора Румынии Николае Чаушеску? Почему военный переворот 1958 года во Франции начали генералы, а власть в результате досталась давно вышедшему в отставку Де Голлю? Сколько лет потребовалось настоящему человеку Власти, чтобы пройти путь от нищего на паперти до императора Византии, и как ему вообще это удалось? Как реально, а не в домыслах конспирологов, сражались между собой американские олигархи Морганы и Рокфеллеры, и каков расклад сил среди их наследников в современной мировой правящей элите?
На все эти вопросы Вы найдете в уже получившей популярность книге «Лестница в небо».
Сейчас в Ваших руках - краткая версия одной из главных книг о Власти в XXI веке, подготовленная к данному изданию самими авторами!...

Цена:
349 руб

Айн Рэнд Капитализм. Незнакомый идеал Capitalism: The Unknown Ideal
Капитализм. Незнакомый идеал
Айн Рэнд - наша бывшая соотечественница, крупнейшая американская писательница, чьи книги оказали мощнейшее влияние на мировоззрение миллионов людей во всем мире, автор признанных бестселлеров "Атлант расправил плечи", "Источник", "Гимн" и др.
Книга "Капитализм. Незнакомый идеал" представляет собой сборник статей, написанных Айн Рэнд в разные годы, которые и сегодня поражают своей злободневностью, остротой и убедительностью. В них автор на реальных примерах из общественной, политической и экономической жизни блестяще доказывает основной посыл своей философии: человека может сделать свободным и счастливым только система, ставящая во главу угла личность, система, основанная на рациональности, свободном обмене идеями и товарами, а именно - капитализм. А значит - только такую систему можно считать нравственной, и любые идеологические компромиссы способны нанести человечеству лишь вред....

Цена:
499 руб

Снайдер Тимоти О тирании
О тирании
Как остаться свободным Бестселлер номер один по версии The New York Times Как не позволить правителю стать тираном, как не допустить тиранов во власть, как с ними бороться и как их побеждать XX век стал веком тиранов и диктаторов. Иосиф Сталин в СССР, Франсиско Франко в Испании, Адольф Гитлер в Германии, Бенито Муссолини в Италии, Мао Цзэдун в Китае, Ким Ир Сен в Северной Кореt, Аугусто Пиночет в Чили. Их приказы не обсуждались, их власть была безграничной, они управляли огромными странами и распоряжались жизнями миллионов людей, они втягивали мир в кровавые воины и безжалостно истребляли неугодных. Книга Тимоти Снайдера, одного из ведущих современных специалистов по истории Центральной и Восточной Европы, не только пытается найти ответ на вопрос, как возникают тираны и почему миллионы повинуются их жестокой воле, но и дает двадцать советов, как избежать ошибок прошлого и не позволить собой манипулировать. Эта книга аргументированно и красочно расскажет о том, что не стоит полагаться на чужое мнение, о том, что надо быть внимательными к своему языку, о том, что надо оберегать общественные институты, о том, что нельзя привыкать к символам, выражающим ненависть к людям, о том, что мы не стали более бдительными и не можем быть уверенными, что чудовищная трагедия XX века в наше время не повторится и новый Гитлер не придет ко власти....

Цена:
379 руб

Карл Хаусхофер О геополитике. Работы разных лет
О геополитике. Работы разных лет
Настоящее издание включает в себя избранные произведения классика немецкой геополитической мысли Карла Хаусхофера. Развивая взгляды Ратцеля, Челлена, Маккиндера и идею Бисмарка о русско-германском союзе, автор разработал теорию "континентального блок" или "жизненного пространства", ставшую официальной доктриной Третьего рейха. При этом сам Карл Хаусхофер не разделял воззрений нацистской верхушки Германии. По мнению австрийского писателя Стефана Цвейга, близкого друга Хаусхофера, читавшего его произведения, исходные намерения немецкого геополитика "нацеливались на сближение наций". К.Хаусхофер получил военное образование, выполнял различные дипломатические поручения в Юго-Восточной Азии, работал военным атташе в Японии, участник Первой мировой войны (вышел в отставку в звании генерал-майора). Многие годы был профессором Мюнхенского университета, основал Институт геополитики и "Журнал геополитики"....

Цена:
494 руб

Ф. И. Тютчев Россия и Запад
Россия и Запад
В книге представлены идеологические труды и философская лирика великого русского поэта и мыслителя Федора Ивановича Тютчева, одного из самых тонких и проникновенных выразителей духовно-нравственных ценностей русской цивилизации. Формально не примыкая ни к какому лагерю, Тютчев по своему мировоззрению стоял близко к славянофилам. Так же, как и они, Тютчев утверждал, что Запад никогда не простит России ее величия, ее первенствующего места в многомиллионной славянской семье, права ее последнего решающего слова в конечных судьбах западного мира....

Цена:
509 руб

Генри Киссинджер Нужна ли Америке внешняя политика? Does America Need a Foreign Policy?
Нужна ли Америке внешняя политика?
Генри Киссинджер - американский государственный деятель, дипломат и эксперт в области международной политики, занимал должности советника американского президента по национальной безопасности в 1969 - 1975 годах и государственного секретаря США с 1973 по 1977 год. Лауреат Нобелевской премии мира за 1973 год, Киссинджер - один из самых авторитетных политологов в мире. В своей книге "Нужна ли Америке внешняя политика" Генри Киссинджер анализирует американскую внешнюю политику в переломный момент ее истории на рубеже XX - XXI веков....

Цена:
239 руб

 "Особый путь". От идеологии к методу
"Особый путь". От идеологии к методу
Представление об "особом пути" может быть отнесено к одному из "вечных" и одновременно чисто "русских" сценариев национальной идентификации. В этом сборнике мы хотели бы развеять эту иллюзию, указав на относительно недавний генезис и интеллектуальную траекторию идиомы Sonderweg. Впервые публикуемые на русском языке тексты ведущих немецких и английских историков, изучавших историю довоенной Германии в перспективе нацистской катастрофы, открывают новые возможности продуктивного использования метафоры "особого пути" - в качестве основы для современной историографической методологии. Сравнительный метод помогает идентифицировать особость и общность каждого из сопоставляемых объектов и тем самым устраняет телеологизм макронарратива. Издатели предлагают читателям целый набор исторических кейсов и теоретических полемик - от идеи спасения в средневековой Руси до "особости" в современной политической культуре, от споров вокруг нацистской катастрофы до критики историографии "особого пути" в 1980-е годы. Рефлексия над концепцией "особости" в Германии, России, Великобритании, США, Швейцарии и Румынии позволяет по-новому определить проблематику травматического рождения модерности.
...

Цена:
609 руб

Путин. Путеводитель для неравнодушных
Путин. Путеводитель для неравнодушных
Нет ни одного человека, который был бы равнодушен к происходящему в нашей стране. Известный своими провокационными книгами журналист Владимир Соловьев сделал попытку беспристрастно рассказать о том, от кого зависит будущее России. Путин: трансформация личности в президентском кресле; кумиры и учителя; "заклятые" друзья и "верные" враги; таинство кадровых назначений; борьба с олигархами; борьба с коррупцией; эволюция партийной системы; что нас ждет в будущем - это далеко не полный перечень вопросов, которые затронуты в этой книге....

Цена:
689 руб

 Гонка со временем. Расовые ереси в XXI столетии A Race Against Time: Racial Heresies for the 21st Century
Гонка со временем. Расовые ереси в XXI столетии
Книга представляет собой сборник избранных статей журнала "Американский Ренессанс", главный редактор которого - Д.Тэйлор - один из крупнейших мыслителей и политиков США, принадлежащий к направлению "белых консерваторов". Статьи посвящены проблемам межрасовых отношений и расовой политики в Америке и Европе. Авторы являются сторонниками объективного подхода к расе, основанного на фактах истории и культуры и потому неприемлемого для современного Западного мира. По отношению к государственной идеологии современной Америки - это ересь, которая заключается в том, что раса важна, и белые имеют права именно как раса. Авторы предупреждают, что если белые не откажутся от учения расовой ортодоксии, то они перестанут быть народом с самостоятельной культурой....

Цена:
609 руб

И. Б. Орлов, А. Д. Попов Сквозь "железный занавес". Руссо туристо. Советский выездной туризм. 1955-1991
Сквозь "железный занавес". Руссо туристо. Советский выездной туризм. 1955-1991
В монографии на основе архивных документов, опубликованных источников, советской, постсоветской и зарубежной историографии реконструируются институциональные и организационно-правовые аспекты, объемы и география, формы и особенности советского выездного (зарубежного) туризма 1955-1991 гг. Неоинституциональный подход позволил авторам показать зависимость этих параметров и теневых практик советских туристов за рубежом от основополагающих принципов - базовых в деятельности туристских организаций, ответственных за отправку граждан СССР в зарубежные туры, - а также рассмотреть политико-идеологическую составляющую этих поездок в контексте холодной войны.

Для специалистов в области истории туризма и международных отношений, преподавателей, аспирантов, студентов и всех интересующихся советской историей....

Цена:
519 руб

2014 Copyright © PoliticWar.ru Мобильная Версия v.2015 | PeterLife и компания
Пользовательское соглашение использование материалов сайта разрешено с активной ссылкой на сайт. Партнёрская программа.
Рейтинг@Mail.ru Яндекс.Метрика Яндекс цитирования