Новости проекта «Исторические Материалы»
санкюлотерия, метки

Thu, 02 May 2013 13:55:55 +0000
Социалистическая история Французской революции. Т.VI

Жан Жорес

СОЦИАЛИСТИЧЕСКАЯ ИСТОРИЯ ФРАНЦУЗСКОЙ РЕВОЛЮЦИИ

том VI

РЕВОЛЮЦИОННОЕ ПРАВИТЕЛЬСТВО

Перевод тома VI выполнен А.О.Зелениной

Редактор Н.В.Рудницкая

М.: Прогресс. 1983.


Шестой, завершающий том настоящего русского издания посвящен якобинской революционно-демократической диктатуре, ее социально-политическим мероприятиям, борьбе с различными группировками и контрреволюционному перевороту 9 термидора.

Предыдущие тома: I (книга 1, книга 2),   II,   III,   IV,   V


ОГЛАВЛЕНИЕ

Глава I. СОЦИАЛЬНЫЕ ИДЕИ КОНВЕНТА

Народное образование. Идеи жирондистов    

Взгляды Жакоба Дюпона

План Лепелетье де Сен-Фаржо

Идеи относительно собственности

Идеи Армана из департамента Мёз

Социальные идеиБийо-Варенна

Система Анахарсиса Клоотса

Бабёф

Сильвен Марешаль, Буассель

Анонимная брошюра

Письмо Бабёфа Купе (из департамента Уаза) от 10 сентября 1791 г.

Закон от 18 марта 1793 г. против «аграрного закона»

«Катехизис» Буасселя

Декларация прав, предложенная Робеспьером

Верньо и развитие Республики

 

Глава II. ПОЛИТИКА ПРИМИРЕНИЯ МОНТАНЬЯРОВ (июнь-июль 1793 г.)

Социальные законы

Раздел общинных земель

Конституция монтаньяров

Позиция Робеспьера

Петиция Жака Ру (25 июня 1793 г.)

Гора против Жака Ру

Робеспьер против Жака Ру

Коммуна против Жака Ру

Эбер против Жака Ру

Политика Робеспьера

Политика Марата

Робеспьер защищает Комитет общественного спасения

Упразднение феодальных отношений

Конец жирондистов

 

Глава III. НАРОДНОЕ ДВИЖЕНИЕ И ДИКТАТУРА ОБ­ЩЕСТВЕННОГО СПАСЕНИЯ (лето 1793 г.)

Убийство Марата

Контрреволюция и гражданская война

Восстание в Лионе и Марселе

Праздник Федерации 10 августа 1793 г.

Новый Гражданский кодекс

Всенародное ополчение

Продовольственный кризис

Доливье и «Опыт о первоначальной справедливости»

Закон против скупки

Кризис ассигната

Принудительный прогрессивный заем

Максимум — опора ассигната

Манифестация 4 сентября

События 5 сентября в Национальном Конвенте

Закон от 29 сентября о всеобщем максимуме

Деятельность Комитета общественного спасения

Репрессии

Первые победы

Революционный календарь

Робеспьер и революционная диктатура

 

Глава IV. БОРЬБА ПРОТИВ ГРУППИРОВОК

Комитет общественного спасения

Конец Жака Ру

Новые социальные тенденции

Фуше в департаменте Ньевр

Дехристианизация

Коммуна и свобода культов

Мнение Робеспьера

Крайние патриоты

Колло д'Эрбуа в Лионе

Робеспьер против экстремизма

Интрига дантонистов

Атака на Комитет общественного спасения (25 сентября 1793 г.)

«Старый кордельер»

Скандал с Индийской компанией

Арест Венсена и Ронсена

Робеспьер против группировок

Сен-Жюст и вантозские декреты

Попытка кордельеров (14—24 вантоза II г.)

Был ли заговор?

Обвинительный доклад Сен-Жюста

Группировка Дантона

 

Глава V. ДЕЛА РЕВОЛЮЦИОННОГО ПРАВИТЕЛЬСТВА

Национальные имущества

Максимум

Военная промышленность

Революционная мысль. Кондорсе

Американская революция и Французская революция

Демократический идеал Кондорсе

 

Глава VI. ПАДЕНИЕ РОБЕСПЬЕРА

Политическая проблема

Проекты Сен-Жюста и политика Робеспьера

Культ Верховного существа

Прериальскии закон и Великий террор

События 9 термидора

Как судить о революционерах

Демократия и социализм

 

Дополнительные замечания

Библиография

Указатель имен (к I-VI томам)

Автор(ы): 
Период: 
1793-1794
Источник: 
М.: Прогресс. 1983

Fri, 26 Apr 2013 14:24:15 +0000
Право избирать и право решать в 1793 г.

Современные исследования о французской революции конца XVIII века
памяти профессора А.В.Адо

Серж Абердам

Право избирать и право решать в 1793 г.

М., 2003

Автор(ы): 
, Абердам, Серж (Serge Aberdam)
Государство: 
Период: 
1793
Источник: 
Современные исследования о французской революции конца XVIII в.: памяти проф. А.В.Адо (М., 2003)

Tue, 02 Apr 2013 13:22:03 +0000
Термидорианская реакция и общественное настроение в Париже во время Термидорианской реакции по наблюдениям немцев-очевидцев

Константин Павлович Добролюбский

Термидорианская реакция и общественное настроениея
в Париже во время Термидорианской реакции по наблюдениям немцев-очевидцев

Историк-марксист. 1926. № 1. С.96-122

Период: 
1794-1795
Источник: 
Историк-марксист. 1926. № 1. С.96-122

Tue, 26 Mar 2013 07:11:32 +0000
Проблемы якобинской диктатуры в новейших работах советских историков

Владимир Георгиевич Ревуненков

ПРОБЛЕМА ЯКОБИНСКОЙ ДИКТАТУРЫ
В НОВЕЙШИХ РАБОТАХ СОВЕТСКИХ ИСТОРИКОВ

ПРОБЛЕМЫ ВСЕОБЩЕЙ ИСТОРИИ: историографический сборник

Л.: изд-во Ленинградского государственного университета. 1967. С.83-92


От редакторов Vive Liberta

Эта статья была нами подготовлена в рамках подборки "Якобинская диктатура в современной историографии". По мотивам этой и др. публикаций В.Г.Ревуненкова в 1970 году состоялась открытая дискуссия в секторе истории Франции Института всеобщей истории АН СССР. В 1989 году В.Г.Ревуненков выступил со статьей на ту же тему, но в ином политическом контексте. А спустя четверть века, в 1995 году, историки другого уже поколения, вновь собрались за "круглым столом", пытаясь подвести "итоги".

Формируя эту подборку, мы преследовали несколько целей. Теперь читатели могут, во-первых, яснее себе представить повод и суть дискуссии о якобинской диктатуре 1970 года; во-вторых, наблюдать эволюцию (а может быть, кто-то увидит здесь не эволюцию, а нечто иное) отечественной историографии Великой французской революции. В-третьих, работа В.Г.Ревуненкова 1967 г. служит, на наш взгляд, иллюстрацией того, что советская историография отнюдь не существовала как абсолютный монолит, а всякое отклонение от "генеральной линии" в корне подавлялось, как это любят представлять нынешние "историки исторической науки".

Итак:
первая, по времени написания и выхода в свет, работа по теме - монография Я.В.Старосельского "Проблемы якобинской диктатуры" (1930) (на которую ссылаются авторы в последующих обсуждениях)
В.Г.Ревуненков. Проблемы якобинской диктатуры в новейших работах советских историков (1967)
Проблемы якобинской диктатуры: симпозиум в секторе истории Франции Института всеобщей истории АН СССР (1970)
В.Г.Ревуненков. К истории споров о Великой французской революции (1989)
Материалы "круглого стола" "Якобинство в исторических итогах Великой французской революции (1995)
Также можно ознакомиться с мнением Альбера Собуля - например, с его статьей "Классическая историография французской революции. О нынешних спорах" (1976), со взглядом на дискуссию о якобинской диктатуре Евг.Серг.Летчфорда, представляющего ее как "конфликт школ", московской и ленинградской (2000), и точкой зрения Ефима Борисовича Черняка (не являющегося, между прочим, специалистом по истории Великой французской революции и не написавшего ни одной работы по этой теме).
Проблемы историографии якобинской диктатуры затрагивались в наших дискуссиях – о марксизме и о статье Е.Б.Черняка

Гиперссылки с этой страницы ведут на персоналии упоминаемых в тексте персонажей либо авторов текста, на работы, имеющиеся в библиотеке, и на тематические подборки.


Советская историография якобинской диктатуры прошла большой и сложный путь развития. На этом пути имеются как определенные достижения, так и несомненные срывы и ошибки. Еще в 20-е и 30-е годы сформировались те основные направле­ния в изучении этой важной темы, которые прослеживаются и в современной советской исторической литературе, посвященной Великой французской революции.

Первое из этих направлений представлено трудами Н.П.Фрейберг и Я.В.Старосельского, которые стремились понять яко­бинскую диктатуру во всей ее сложности и противоречивости. Для второго направления, нашедшего свое наиболее яркое вы­ражение в известной статье Н.М.Лукина "Ленин и проблема якобинской диктатуры" (1934 г.), было характерно стремление к канонизации якобинской диктатуры, к затушевыванию ее внутренних противоречий.1

Жизнь показала, что наибольших успехов в изучении пробле­мы якобинской диктатуры добились те советские историки, ко­торые стремились к ее более реалистическому пониманию. Н.П.Фрейберг и Я.В.Старосельский, которые хотя и допусти­ли ряд ошибок (особенно последний), сформулировали важные положения и выводы, оказавшие большое влияние на последую­щее развитие марксистской историографии Великой француз­ской революции. Фрейберг впервые в марксистской историче­ской литературе показала, что якобинская диктатура слагалась не только как орудие подавления жирондистско-роялистской контрреволюции, но и как орудие обуздания и подчинения бур­жуазии плебейского движения. Старосельский был первым историком-марксистом, который увидел в парижской секционной организации зачаток демократической диктатуры народа, а так­же поставил проблему двоевластия как существенной черты пе­риода якобинской диктатуры, чем в известной мере предвосхи­тил выводы, к которым в наше время пришел известный фран­цузский историк-марксист Альбер Собуль.2 Наоборот, характер­ное для Н.М.Лукина и его последователей стремление подме­нить конкретный исторический анализ проблемы якобинской диктатуры цитатничеством нанесло серьезный ущерб научной разработке этой чрезвычайно сложной темы.3

В новейшей советской исторической литературе, посвященной проблеме якобинской диктатуры, тенденция к ее идеализации, к затушевыванию ее внутренних противоречий, сильнее всего ска­зывается в трудах ученика Н.М.Лукина, профессора А.3.Манфреда.

Наиболее известным произведением Манфреда по истории Великой французской революции является научно-популярный очерк "Великая французская буржуазная революция XVIII века", вышедший двумя изданиями (в 1950 и 1956 г.). Чтобы правильно оценить эту работу, нужно учитывать, что она не ос­нована на глубоком изучении источников. Автор ставил перед собой чисто популяризаторские задачи. Он очень бегло касается фактической стороны событий, концентрируя внимание на вы­работке общей схемы расстановки классовых сил в революции. Естественно, что, благодаря этому, многие его положения оста­ются чисто декларативными и не получают должного фактиче­ского обоснования.

Манфред, как и Лукин, приводит в подтверждение своей оценки якобинской диктатуры немало произвольно толкуемых цитат из произведений классиков марксизма-ленинизма. Но он, как и Лукин, не проанализировал взгляды Маркса, Энгельса и Ленина на якобинцев и якобинскую диктатуру действительно исторически, т.е. в их развитии и в их связи с состоянием со­временной им исторической науки. Манфред оказался не в со­стоянии отделить принципиальные теоретические положения, ко­торые великие основоположники марксизма-ленинизма сформу­лировали по коренным проблемам истории Великой француз­ской революции и которые являются прочной методологической основой для конкретно-исторических исследований, от тех их оценок и характеристик, которые были обусловлены лишь опре­деленным уровнем изучения фактической истории этой рево­люции. 4

Одним из важнейших завоеваний современной марксистской научной мысли в области изучения истории Великой француз­ской революции является то, что она проводит четкое различие между "якобинцами" и "санкюлотами", понимая под первыми представителей революционной буржуазии, а под вторыми — предпролетариат и низшие слои мелкой ремесленной буржуазии. "Существовало социальное противоречие между якобинцами, вышедшими почти исключительно из рядов буржуазии — мел­кой, средней и даже крупной, с одной стороны, и санкюлотами, с другой", — пишет Собуль, подчеркивая одновременно, что под санкюлотами надо понимать не только поденщиков и подмас­терьев, но и ремесленных мастеров, мелких лавочников и дру­гие мелкособственнические элементы.5

По современным представлениям, самым передовым общест­венно-политическим движением эпохи Великой французской ре­волюции являлось санкюлотское движение, прежде всего и глав­ным образом санкюлотское движение в Париже, опиравшееся на секции как на зачаточные органы народной власти и создавшее разветвленную сеть народных обществ, которые сплачивали и просвещали парижскую бедноту. Санкюлоты и якобинцы сов­местно боролись против роялистско-жирондистской контррево­люции, но и те, и другие имели свою собственную социально-экономическую и политическую программу, причем программа санкюлотов являлась более передовой и более отвечала интере­сам дальнейшего развития и углубления буржуазно-демократи­ческой революции, чем программа якобинцев. Манфред не разделяет этих положений. Не только в своих ранних произведениях, но и в своих статьях последних лет он отстаивает ту точку зрения, что именно якобинцы являлись "са­мой передовой партией" эпохи Великой французской револю­ции,6 причем доказывает, что якобинцы представляли собой не партию революционной буржуазии и вообще не партию какого-либо одного класса, а — как он писал во вступительной статье к недавно изданным у нас избранным произведениям Робес­пьера — "партию блока демократической (средней и низшей) буржуазии, крестьянства и плебейства".7

Затушевывая буржуазную природу якобинства, Манфред особенно идеализирует Робеспьера и робеспьеристов. Если в своем очерке истории Великой французской революции Ман­фред называл Робеспьера "хотя и самым передовым, но бур­жуазным революционером, со всей присущей буржуазному по­литическому деятелю ограниченностью и двойственностью",8 то во вступительной статье к избранным произведениям Робеспье­ра объявляется ошибочной любая попытка искать для Робес­пьера внутри классово разнородного якобинского блока какой-либо социальный эквивалент. "Робеспьер представлял и защи­щал интересы французского народа, творившего революцию, — пишет он. — Сказать так о нем будет вполне достаточно".9 А в одной из своих статей о Робеспьере Манфред прямо утверждает, что робеспьеристов нужно рассматривать в качестве... идей­ных предшественников бабувизма (т.е. коммунизма). "Пред­ставляется, однако, бесспорным, — отмечает он, — считать в чис­ле идейных предшественников Бабефа и Робеспьера и вообще якобинцев робеспьеристского направления".10

Разумеется, эти положения свидетельствуют лишь о крайней идеализации Робеспьера Манфредом. Они противоречат всему тому, что мы знаем о взглядах Робеспьера, который толковал равенство в чисто буржуазном духе, т.е. понимал под равенст­вом только политическое равенство, а отнюдь не равенство имуществ, о чем мечтали санкюлоты. "Санкюлоты, — говорил он в мае 1793 г., — неизменно руководствуясь любовью к человече­ству, последовательно придерживались истинных принципов об­щественного порядка; они никогда не претендовали на имуще­ственное равенство, а на равенство прав и счастья".11

Неправомерным следует признать и применение к Робеспьеру термина "революционный демократ",12 который совершенно не выражает специфических черт Робеспьера, как половинчатого мелкобуржуазного революционера, занимавшего промежуточное положение между санкюлотами и крупной буржуазией, но в конце концов выступившего против санкюлотов. Не соответст­вует историческим фактам и отстаиваемое Манфредом положе­ние о том, что якобинская диктатура представляла собой рево­люционно-демократическую диктатуру, наиболее характерной чертой которой являлось то, что "строго централизованная власть сверху сочеталась с широкой народной инициативой снизу".13

Н.М.Лукин еще в 30-е годы ссылался на сочетание строгой централизации якобинской государственной машины с народной инициативой снизу как на доказательство революционно-демо­кратического характера якобинской диктатуры.14 Манфред сле­дует Лукину не только в общей оценке якобинской диктатуры, ко и в его способе аргументации. Однако Манфред, как и Лу­кин, уклоняется от ответа на вопрос о том, сочеталась ли у якобинцев политика насильственного подавления роялистско-жирондистской контрреволюции с осуществлением самой широкой демократии для народа, что является главной особенностью революционно-демократической диктатуры. Между тем широко известны факты об ограничении якобинской диктатурой демокра­тических прав народа в секциях, о стеснениях деятельности на­родных обществ, о преследованиях и казнях подлинных руково­дителей беднейших слоев народа и другие, которые неоспоримо свидетельствуют о том, что такого сочетания у якобинцев не было.

Манфред не понял, что в Великой французской революции действительно сложились зачатки революционно-демократиче­ской диктатуры беднейших слоев народа, но сложились не на базе Конвента и его комитетов, а в парижских секциях, и что эти зачатки были подавлены именно якобинской диктатурой, представлявшей собой специфическую форму диктатуры револю­ционной буржуазии. Необоснованным является утверждение Манфреда, что в известных докладах Робеспьера "О принципах революционного правительства" (25 декабря 1793 г.) и "О прин­ципах политической морали" (5 февраля 1794 г.) сформулирова­на теория революционно-демократической диктатуры.15 Всякий, кто прочтет эти доклады, убедится, что Робеспьер отстаивал в них необходимость террористической буржуазной диктатуры, ис­ключающей всякую демократию, в том числе и демократию для народа, и направленной как против роялистско-жирондистской контрреволюции, так и против "ультрареволюционеров", т.е. против санкюлотского движения.

Зачатки теории революционно-демократической диктатуры народа можно встретить лишь у Вар ле и других "бешеных", ко­торые последовательно отстаивали принципы "прямой демокра­тии", сложившейся в парижских секциях и представлявшей со­бой зародышевую форму подобного рода диктатуры.

Тенденция к более реалистическому пониманию якобинской диктатуры проявилась в последних работах нашего выдающего­ся исследователя истории "бешеных", ныне покойного Я.М.Захера. В своей книге "Движение “бешеных" (1961 г.), в которой дан наиболее полный в нашей литературе анализ социально-эко­номических и политических взглядов Жака Р у и его единомыш­ленников, ярко обрисована их роль в революции, Захер под­черкивает двойственный и противоречивый характер якобинской диктатуры. "Это была система революционной диктатуры, — пишет он, — которая позволила якобинцам... привести к победе революцию... Однако буржуазная ограниченность как объектив­ных задач французской революции, так и самих якобинцев, не­минуемо придавала двойственный характер применению того могучего оружия, которое плебейские массы вложили в руки якобинцев".16 Захер утверждает, что якобинцы "выражали интересы и осуществляли волю класса вполне сложившегося, со­зревшего для того, чтобы установить свое господство",17 т.е. буржуазии, и что якобинская диктатура являлась не чем иным, как "революционной организацией буржуазии",18 направлявшей свои удары как против роялистско-жирондистской контрреволю­ции, так и против плебейской оппозиции. "Известно, что якобин­цы, — отмечал он, — нанося основной удар по контрреволюцио­нерам из среды дворянства и жирондистской крупной буржуа­зии, вместе с тем, хотя и в несравненно меньшей степени, били и по плебейским массам и их руководителям — "бешеным".19

Осознав двойственный, противоречивый характер якобинской диктатуры, которая, опираясь на народные массы и используя их поддержку, энергично громила феодальную контрреволюцию, но в то же время ограничивала права народа в секциях и пре­следовала "бешеных" и "эбертистов", т.е. разрушала свою на­родную основу, Захер приходит к выводу, что Жак Ру и его то­варищи не имели иного выхода, как подвергнуть критике непра­вильные методы осуществления революционной диктатуры и революционного террора якобинцами. "Жак Ру, бывший в свое время одним из виднейших сторонников борьбы с контрреволю­цией методами революционной диктатуры и массового терро­ра, — писал он, — протестует ... вовсе не против этих методов, как таковых, а лишь против применения их к тем плебейским массам, интересы которых он так энергично защищал. Это озна­чает, что Жак Ру в своей деятельности остается целиком верен себе и перемена его тактики объясняется не изменением его взглядов, а лишь переменой в обстановке, связанной с оконча­тельным переходом якобинцев в решительное наступление про­тив "бешеных".20

Однако позиции Захера свойственна известная непоследова­тельность. Осознав, что главная особенность якобинской дикта­туры заключалась в том. что это была диктатура революцион­ной буржуазии, направленная как на разгром роялистско-жи­рондистской контрреволюции, так и на подавление плебейского движения, и что эта диктатура применяла методы буржуазного терроризма как по отношению к своим противникам справа, так и по отношению к своим противникам слева, Захер тем не менее продолжал применять по отношению к ней термин "революцион­но-демократическая диктатура" и... осуждать "глубоко оши­бочный и противоречивший интересам революции путь оппози­ции системе революционно-демократической якобинской дикта­туры",21 на который встали "бешеные" и "эбертисты".

Захер не понял также подлинного существа и исторической роли "санкюлотской демократии", сложившейся в парижских секциях. Он утверждал, что идея "прямой демократии", родив­шаяся в парижских секциях и провозглашавшая право народа не только избирать депутатов и всех должностных лиц, но и строго контролировать их деятельность, давать им наказы, тре­бовать с них отчета и отзывать их, если они теряют доверие из­бирателей, "не только утопическая, но и прямо враждебная ин­тересам революции в условиях того времени".22 Захер обосно­вывал эту глубоко ошибочную оценку тем, что "в условиях обо­стренной внешней и гражданской войны осуществление такой "прямой демократии", прямо противоречащей идее революцион­ной диктатуры, могло только нанести революции непоправимый удар, обезоружив ее перед лицом вооруженного до зубов врага".23 Захер не понял, что "прямая демократия" парижских сек­ций, которую так прекрасно описал Собуль, не только не проти­воречила идее революционной диктатуры, но представляла со­бой зародыш самой высшей формы революционной диктатуры, которая только могла возникнуть во Франции в конце XVIII в., — зародыш революционно-демократической диктатуры "низов", т.е. беднейших слоев мелкой буржуазии и предпролетарских элементов. Захер не понял, что революцию обезоруживало от­нюдь не стремление "бешеных" и других руководителей санкю-лотского движения упрочить строй "прямой демократии", отнюдь не их критика крайностей якобинского терроризма, а то простое обстоятельство, что якобинская буржуазия подавляла эту под­линно народную демократию, казнила и преследовала вожаков плебейства.

Непоследовательность и ошибки Захера в оценке различных органов "революционного правления", сложившегося в 1793—1794 гг. во Франции, и тактики санкюлотских вожаков являются ярким свидетельством того, какое пагубное влияние оказывала на конкретно-историческое исследование надуманная формула Лукина—Манфреда о якобинской диктатуре как "революционно-демократической диктатуре".

Сложность и противоречивость якобинской диктатуры и ее методов управления с большой силой подчеркнуты в изданной в 1966 г. книге Ю.Ф.Карякина и Е.Г.Плимак "Запретная мысль обретает свободу. 175 лет борьбы вокруг идейного на­следия Радищева ".24 Авторы этой интересной книги по-новому истолковывают "Песнь историческую", принадлежащую перу русского революционного просветителя и современника Великой французской революции А.Н.Радищева. Карякин и Плимак доказывают (и, как нам представляется, весьма убедительно), что на страницах этой "античной" поэмы Радищева отражается не современная ему русская действительность, как думали мно­гие литературоведы, а режим сложившейся во Франции якобин­ской диктатуры с его действительно кричащими противоречиями. Карякин и Плимак не оставляют сомнения в том, что радищев­ские обличения произвола и тирании Суллы, Калигулы и других римских диктаторов... метят в Робеспьера, являются фактиче­ски обличениями крайностей якобинского терроризма.

Когда историки школы Лукина—Манфреда сталкиваются с тем, что такие настоящие друзья французской революции, как, например, Радищев или Томас Пе йн, упрекают Робеспьера и якобинское правительство в произволе и беззаконии, в неоправ­данных арестах и казнях, в создании атмосферы всеобщей подо­зрительности и страха, в нарушении демократических прав и прочее, то они ограничиваются обычно ссылкой на то, что эти люди "не поняли исторически прогрессивного характера якобин­ской диктатуры" и "не осознали необходимости революционного террора". Карякин и Плимак считают, что ставить вопрос так — значит до чрезвычайности упрощать проблему. Конечно, когда Радищев обличал Робеспьера как "Калигулу", то это объясня­лось также и тем, что выдающийся русский мыслитель не осознал необходимости предельной концентрации революцион­ной власти и отбрасывания формально юридических норм для успешной борьбы с контрреволюцией. И в этом смысле (и толь­ко в этом смысле) взгляды Радищева являлись ограниченными по сравнению с взглядами Робеспьера и других теоретиков якобинизма, которые понимали необходимость революционной дик­татуры. Однако Карякин и Плимак справедливо напоминают, что и Маркс и Энгельс, которых отнюдь нельзя упрекнуть в том, что они не осознали исторически прогрессивного характера якобинской диктатуры, резко критиковали многие отрицатель­ные черты государственной практики якобинизма и, в частности, явное злоупотребление якобинцев террором.25 Карякин и Пли­мак приходят к выводу, что нельзя усматривать в осуждении якобинского терроризма многими радикальными мыслителями XVIII в., а впоследствии и утопическими социалистами XIX в., только ошибку и ограниченность. Радищев или Томас Пейн при свойственной им известной ограниченности верно подмечали от­дельные отрицательные черты якобинской системы государст­венного управления, против идеализации которой Карякин и Плимак решительно предостерегают. "Суммируя государствен­ный опыт якобинизма, — пишут они, — можно утверждать: если Франция конца XVIII в. пошла дорогой от демократической рес­публики 1793 г. к бонапартистской военной диктатуре 1799 г., то определенные предпосылки для этого создавала политика мелко­буржуазных революционеров, включавшая в себя, особенно на ее заключительных этапах, преследование и ущемление демо­кратических институтов, которые обеспечивали в разгар револю­ции могучее воздействие на общественную эволюцию плебейских масс... Попытки опираться на государственный террористиче­ский аппарат, а не на плебейские массовые организации, стрем­ление с помощью террора сохранять равновесие в условиях по­ляризации классовых сил вели к быстрому отрыву революцион­ной государственной организации от масс, размывали фунда­мент под величественным зданием якобинского "деспотизма сво­боды". В последние месяцы диктатуры террористическая маши­на мелкобуржуазных революционеров приобретает все большую автономность, самодовлеющий ход".26

Историки давно уже обратили внимание на тот факт, что Жак Ру и другие руководители парижского плебейства эпохи революции резко обличали крайности якобинского террора и требовали предоставления народу демократических прав, гаран­тированных ему конституцией 1793 г. Однако историки школы Лукина—Манфреда расценивали этот факт как доказательство "ограниченности" самого Жака Ру, который якобы "не осознал" необходимости революционной диктатуры. Карякин и Плимак решительно рвут с этой точкой зрения. Они подчеркивают, что отрицательное отношение Жака Ру к якобинским методам осу­ществления революционной диктатуры и революционного террора является одним из наиболее ярких доказательств ограничен­ности самих якобинцев, которые "так и не смогли разрешить одно из главных противоречий глубинной социальной револю­ции, приведшей в движение массы, — противоречие между демо­кратией и централизацией, не смогли, хотя и пытались, обеспе­чить вовлечение плебейских масс в управление революционным государством".27

Карякина и Плимак можно упрекнуть в непонимании некото­рых сторон проблемы "революционного правления" эпохи Вели­кой французской революции. Справедливо отвергая представле­ние школы Лукина—Манфреда о якобинской диктатуре как о своего рода образце революционно-демократической государ­ственности, Карякин и Плимак не заинтересовались вопросом о том, какова же была историческая роль Коммуны и секций Парижа, в которых современная марксистская историография видит зачаток иных, более передовых форм власти, чем бур­жуазная диктатура якобинцев. Нельзя согласиться и с оценкой якобинцев как мелкобуржуазных революционеров, которую дают авторы. По современным представлениям, большинство якобинцев, т.е. членов Якобинского клуба и связанной с ним группировки монтаньяров в Конвенте, выражали интересы сред­ней и отчасти даже крупной буржуазии. Но стремление этих авторов показать глубокую противоречивость якобинской дик­татуры, их призыв отказаться от штампа и оценивать эту фор­му революционной власти с действительно конкретно-историче­ских позиций заслуживают полного одобрения и поддержки.

В 1966 г. автор настоящей статьи опубликовал историогра­фический очерк, посвященный изучению проблемы якобинской диктатуры в марксистской исторической литературе.28 В очерке проанализированы взгляды Маркса, Энгельса и Ленина на якобинцев и якобинскую диктатуру, причем эти взгляды рассмотрены исторически, т.е. в их развитии и в их связи с состоянием современной им исторической науки. В очерке характеризуются также основные направления в изучении проблемы якобинской диктатуры в советской историографии 20-х и 30-х годов и в со­временной советской и зарубежной марксистской историогра­фии. Особое внимание в очерке уделяется опубликованной в 1958 г. книге современного французского историка-марксиста Альбера Собуля "Парижские санкюлоты во II году", которая оценивается как крупнейший в новейшей историографии труд по истории взаимоотношений между якобинским правительст­вом и народными массами. В отличие от Манфреда, который склонен упрекать Собуля чуть ли не в отходе от марксизма-ле­нинизма,29 автор показывает, что Собуль продолжает и разви­вает положения, которые давно уже были сформулированы в со­ветской исторической литературе, и вместе с тем обогащает марксистскую историографию якобинской диктатуры новыми по­ложениями и выводами, игнорировать которые значит отстать от развития науки, отстать от жизни. Автор считает правильны­ми взгляды Собуля относительно классовой сущности якобин­цев и санкюлотов, относительно "прямей демократии" париж­ских секций и особенно относительно наличия элементов двое­властия в системе "революционного правления", сложившегося во Франции в 1793—1794 гг.

Советские историки вносили и вносят свой посильный вклад в изучение такой сложной проблемы истории Великой француз­ской революции, как проблема якобинской диктатуры.

 

1 Н.П.Фрейберг. Декрет 19 вандемьера и борьба бешеных за кон­ституцию 1793 года. "Историк-марксист", 1927, № 6; Я.Старосельский, Проблема якобинской диктатуры. М., 1930; Н.М.Лукин. Избр.труды, т.1. М., 1960, стр.322—388.

2 A.Soboul. Les Sans-culottes parisiens en l’an II. Paris, 1958; Альбер Собуль. Парижские санкюлоты во время якобинской диктатуры (сокр. русс. пер.). М., 1966.

3 См.: В.Г.Ревуненков. Марксизм и проблема якобинской дикта­туры, гл.IV. Л., 1966.

4 Подробнее об этом см. там же, гл. I и III.

5 А.Собуль. Парижские санкюлоты..., стр.525.

6 А.3.Манфред. Великая французская революция XVIII в. и совре­менность. "Новая и новейшая история", 1964, № 4, стр.62.

7 М.Робеспьер. Избр.произв., т.I. M., 1965, стр.49.

8 А.3.Манфред. Французская буржуазная революция конца XVIII века. М., 1950, стр. 107 (курсив автора).

9 М.Робеспьер. Избр. произв., т.I, стр.51.

10 А.3.Манфред. Очерки истории Франции XVIII—XX вв. М., 1961, стр.75.

11 М.Робеспьер. Избр.произв., т.II. М., 1965, стр.333.

12 А.3.Манфред. Очерки истории Франции XVIII—XX вв., стр.107.

13 А.3.Манфред. Великая французская буржуазная революция XVIII века. М., 1956, стр.207.

14 Н.М.Лукин. Избр.труды, т.I, стр.364.

15 А.3.Манфред. Очерки истории Франции XVIII—XX вв., стр.155.

16 Я.М.3ахер. Движение "бешеных". М., 1961, стр.204.

17 Там же.

18 Там же, стр.211.

19 Там же, стр.8.

20 Там же, стр.152.

21 Я.М.Захер. Жак Ру и якобинская конституция 1793 г. В кн.: "Из истории якобинской диктатуры 1793—1794". Одесса, 1962, стр.341.

22 Я.М.Захер. К вопросу о значении взглядов "бешеных" в предысто­рии социалистических идей. "История социалистических учений". Сб. статей. М., 1962, стр.122.

23 Там же.

24 Ю.Ф.Карякин и Е.Г.Плимак. Запретная мысль обретает свободу. 175 лет борьбы вокруг идейного наследия Радищева. М., 1966.

25 Там же, стр.296—298.

26 Там же, стр.286—287, 289.

27 Там же, стр.288 (курсив авторов).

28 В.Г.Ревуненков. Марксизм и проблема якобинской диктатуры.

29 См. написанную А.3.Манфредом вступительную статью к изданной в 1966 г. на русском языке книге Собуля, в которой оспариваются основные вы­воды и положения Собуля (А.Собуль. Парижские санкюлоты..., стр.13—19).

Государство: 
Период: 
1793-1794
1920-1967
Источник: 
Проблемы всеобщей истории: историограф. сб. (Л.: изд-во Ленинградского гос. ун-та. 1967. С.83-92)

Tue, 05 Mar 2013 17:13:21 +0000
Великая французская революция

Софья Андреевна Лотте

ВЕЛИКАЯ ФРАНЦУЗСКАЯ РЕВОЛЮЦИЯ

М.-Л.: государственное социально-экономическое издательство. 1933


ОГЛАВЛЕНИЕ

От издательства

ВВЕДЕНИЕ

ОТДЕЛ I
I. Франция перед революцией
Экономическое положение и классы. Политическое устройство Франции перед революцией. Идеология третьего сословия

II. Непосредственные предпосылки революции и начало революции

III. От взятия Бастилии до революции 10 августа
От взятия Бастилии до событий 5—6 октября. Классы и «партии». Декларация прав и конституция 1791 г. Новое административное устройство Франции. Рабочее законодательство Учредительного и Законодательного собраний. Религиозная политика. Финансовая политика. Аграрное законодательство. Политическое положение и социально-политические движения в 1789—1792 гг. Проблемы войны и интриги двора. Революция 10 августа

IV. От революции 10 августа 1792 г. до революции 31 мая — 2 июня 1793 г.
Коммуна и законодательное собрание. Начало деятельности Конвента. Дело короля. Вопросы социально-экономической политики от сентября 1792 г. до апреля 1793 г. Борьба левого блока с Жирондой и революция 31 мая — 2 июня 1793 г.

ОТДЕЛ II
I. Якобинская диктатура летом 1793 г.
Крестьянская политика. Продовольственное положение и продовольственная политика. Финансовая политика лета 1793 г. Конституция 1793 г. Политическое положение и политика якобинцев летом 1793 г. События 4—5 сентября

II. Якобинская диктатура осенью и зимой 1793-94 г. (сентябрь-февраль)
Социально-экономическая политика Конвента и классовая борьба в деревне. Хозяйственная деятельность Конвента. Революционный порядок управления. Гражданское законодательство. Борьба с внешней и внутренней контрреволюцией. Фракционная борьба

III. Весна и лето 1794 г. (февраль-июль)
Расправа с фракциями. Вантозовские декреты. Экономическая политика и классовая борьба весной и летом 1794 г. Революционное правительство и террор. Новая оппозиция и десятое термидора

ОТДЕЛ III
I. Смысл и значение термидора
II. После термидора
II. Генезис «коммунистических идей». Бабеф

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

Государство: 
Период: 
1774-1797
Источник: 
М.-Л.: государственное социально-экономическое издательство. 1933

Tue, 05 Mar 2013 17:02:57 +0000
Первая республика (1792-1804 гг.)

 

Альбер Собуль

ПЕРВАЯ РЕСПУБЛИКА

1792-1804

 
перевод с французского А.О.Зелениной и Д.Л.Каравкиной, под редакцией Н.В.Рудницкой
 
М.: Прогресс. 1974

ОГЛАВЛЕНИЕ
Вступительная статья профессора Альберта Захаровича Манфреда
 
ВВЕДЕНИЕ
Основание Республики (август 1792 — январь 1793 года)
Значение событий 10 августа
Свержение монархии
Жирондисты и монтаньяры
Партии и голова короля
 
 
Часть первая. НАРОДНАЯ РЕСПУБЛИКА (1793—1795 годы)
I. Первое банкротство либеральной Республики (январь—июнь 1793 года)
1. Кризис революции (январь—март 1973 года)
        Дороговизна и натиск народных масс
        Поражение и измена Дюмурье
        Вандея
2. Конец Жиронды (март — май 1793 года)
        Первые меры общественного спасения
        События 31 мая — 2 июня 1793 года
 
II. Установление диктатуры общественного спасения (июнь—декабрь 1793 года)
1. Умеренные, монтаньяры и санкюлоты (июнь—июль 1793 года)
        Меры примирения
        Наступление контрреволюции
        Ответный удар революционеров
2. Комитет общественного спасения и народный натиск (август—сентябрь 1793 года)
        Всенародное ополчение (23 августа 1793 года)
        Народный натиск и движение 4—5 сентября 1793 года
        Успехи народного движения и консолидация правительства (сентябрь—октябрь 1793 года)
3. Организация якобинской диктатуры общественного спасения (октябрь—декабрь 1793 года)
        Террор
        Дехристианизация и культ мучеников свободы
        Первые победы (сентябрь — декабрь 1793 года)
        Декрет об организации Революционного правительства 14 фримера II года (4 декабря 1793 года)
 
III. Величие и крушение демократической Республики (декабрь 1793 года — июль 1794 года)
1. Борьба фракций и торжество Комитета общественного спасения (декабрь 1793 года — апрель 1794 года)
         «Заговор иностранцев» и дело Ост-Индской компании (октябрь—декабрь 1793 года)
        Наступление «снисходительных» (декабрь 1793 года — январь 1794 года)
        Контрнаступление крайних (февраль 1794 года) 
        Вантозский кризис и падение фракций (март—апрель 1794 года) 
2. Якобинская диктатура общественного спасения
        Революционное правительство
         «Сила принуждения» и террор
        Управление экономикой
        Социальная демократия
        Республиканская мораль
        Национальная армия
3. 9 термидора II года (27 июля 1794 года)
        Победа Республики (май—июль 1794 года)
        Политический кризис: примирение невозможно (июль 1794 года)
        Развязка: неудавшееся восстание
 
IV. Буржуазная реакция и конец народного движения (июль 1794 года — май 1795 года)
1. Наступление термидорианской реакции
        Распад Революционного правительства и конец террора (лето 1794 года)
        Политический конфликт: умеренные, якобинцы и санкюлоты (август—октябрь 1794 года)
        Преследование якобинцев и санкюлотов (октябрь 1794 года — март 1795 года)
        Реакция в области нравов: прежние и новые богачи, щеголихи и щеголи
        Реакция в области религии и амнистия вандейцам
2. Экономический кризис и денежная катастрофа 174
        Возврат к экономической свободе (август—декабрь 1794 года)
        Крушение ассигната и его социальные последствия
3. Последние народные восстания (жерминаль и прериаль III года)
        Народная оппозиция в Париже (зима 1794/95 года)
        Восстание в жерминале III года (апрель 1795 года)
        Восстание в прериале III года (май 1795 года)
 
 
Часть вторая. РЕСПУБЛИКА НОТАБЛЕЙ (1795—1799 годы)
I. Термидорианское наследие (1795 год)
1. На следующий день после прериаля: белый террор и Киберон (май—июль 1795 года)
2. Победоносный мир (1795 год)
        Термидорианская дипломатия
        Договоры 1795 года
        Армия и война III года
3. Организация власти буржуазии
        Права нотаблей
        Организация власти
        Первые шаги нового режима
 
II. Вторичное банкротство либеральной Республики (октябрь 1795 года — сентябрь 1797 года)
1. Крах внутренней стабилизации (1795—1797 годы)
        Учреждение Директории
        Сторонники Директории, якобинцы и роялисты
        Конец выпущенных во время революции бумажных денег (1796 год)
        Бабёф и «Заговор во имя равенства» (1795—1796 годы)
2. Завоевательная война (1796—1797 годы)
        Армия при первой Директории (1795—1797 годы)
        Бонапарт в Италии (1796—1797 годы)
3. Наступление роялистов и переворот в фрюктидоре (1796—1797 годы)
        Роялистское наступление (1796—1797 годы)
        Выборы V года и реакция
        Государственный переворот 18 фрюктидора V года (4 сентября 1797 года)
 
III. Республика Директории между демократией и диктатурой (сентябрь 1797 года — ноябрь 1799 года)
1. Репрессии и реформы (1797—1798 годы)
         «Террор Директории»
        22 флореаля VI года (11 мая 1798 года) и репрессии против якобинцев
        Реформаторская деятельность второй Директории
2. Вторая Директория и Европа
         «Великая нация» и дочерние республики 
        Армия в VII году и весенняя кампания 1799 года
3. Последний революционный кризис (1799 год)
        События 30 прериаля VII года (18 июня 1799 года)
        Неоякобинский натиск и умеренная реакция
        18 брюмера VIII года (9 ноября 1799 года)
 
 
Часть третья. РЕСПУБЛИКА БОНАПАРТА (1799—1802 годы)
I. Консульская республика. Диктатура и стабилизация (ноябрь 1799 года — август 1802 года)
1. Организация диктатуры (1799—1800 годы)
        Социальный фундамент или сила вещей
        Наполеон Бонапарт
        Конституция VIII года и государственная организация
2. Всеобщее умиротворение (1800—1802 годы)
        Восстановление мира (1800—1802 годы)
        Кризис IX года и ликвидация оппозиции
3. Социальная стабилизация и усиление диктатуры (1802 год)
        Религиозная реакция и конкордат
         «Организация нации»
        Пожизненный консулат (1802 год)
 
 
ЗАКЛЮЧЕНИЕ. ВОЙНА И ИМПЕРИЯ (август 1802 года — декабрь 1804 года)
1. Разрыв Амьенского мира (1802—1803 годы)
2. Конец Республики (1804 год)
 
Библиография
Автор(ы): 
Государство: 
Период: 
1792-1804
Источник: 
М.: Прогресс. 1974


Парижские санкюлоты во время якобинской диктатуры: народное движение и революционное правительство, 2 июня 1793 года – 9 термидора II года

Альбер Собуль

ПАРИЖСКИЕ САНКЮЛОТЫ 

во ВРЕМЯ ЯКОБИНСКОЙ ДИКТАТУРЫ

народное движение и революционное правительство

2 июня 1793 года – 9 термидора II года

перевод с французского Б.С.Вайсмана, Д.Л.Каравкиной, Е.В.Рубинина

М.: Прогресс. 1966


ОГЛАВЛЕНИЕ
 
Вступительная статья А.З.Манфреда
 
Введение. Буржуазная революция и народное движение
 
ЧАСТЬ ПЕРВАЯ. ПОДЪЕМ и УПРОЧЕНИЕ НАРОДНОГО ДВИЖЕНИЯ (июнь 1793 года - плювиоз II года)
Глава I. Монтаньяры, умеренные и санкюлоты (2 июня - 13 июля 1793 года)
1. Политическая обстановка в парижских секциях
2. Политическая борьба: террор или умиротворение?
3. Социальное движение: регламентация или экономическая свобода?
4. Принятие Конституции, или искусственное единодушие
5. Рекрутский набор для похода против мятежного департамента Эр и федералистская попытка
 
Глава II. Наступление народных масс и Комитет общественного спасения (13 июля - конец августа 1793 года)
1. Убийство Марата и его последствия
2. Кампания за проведение террора
3. Всенародное ополчение
4. Продовольственный вопрос: наступление народа и агитация умеренных
5. Политическая проблема: народное движение и Комитет общественного спасения
 
Глава III. Движение 4-5 сентября 1793 года
1. Кризис
2. Выступление
 
Глава IV. Успехи народа и консолидация правительства (начало сентября - 10 октября 1793 года)
1. Революционный порыв и секционные организации
2. Народное движение и чистка
3. Народное движение и репрессии
4. Народное движение и таксация
5. Народное движение и организация правительства
6. Уступки и консолидация революционного правительства
 
Глава V. Организация якобинской диктатуры общественного спасения (10 октября 1793 года - 14 фримера II года)
1. Народные требования и правительственная узда
2. Наступление правительства на народные организации
3. Стабилизация правительства
 
Глава VI. Революционное правительство, передовые патриоты и новые умеренные (14 фримера - конец плювиоза II года)
1. Передовые патриоты и новые умеренные: дело Венсана
2. Наступление якобинцев на секционные общества
3. Секционная демократия и правительственная централизация
4. Тревога народных масс
 
 
ЧАСТЬ ВТОРАЯ. ПАРИЖСКИЕ САНКЮЛОТЫ, ИХ УСТРЕМЛЕНИЯ и ОРГАНИЗАЦИЯ
Глава I. Народные массы и санкюлоты-борцы: их социальные воззрения и социальный состав
1. Осознание народными массами социальных противоречий
2. Статистические данные
 
Глава II. Социальные чаяния парижских санкюлотов
1. От права на существование к "равенству пользования благами"
2. От "равенства пользования благами" к ограничению права собственности
3. Санкюлоты и торговый капитал
4. Борьба за право на труд и помощь
5. Борьба за право на образование
 
Глава III. Политические устремления парижских санкюлотов
1. Народный суверенитет
2. Контроль над депутатами и их отзыв
3. Непрерывность заседаний секций и их независимость
4. Восстание
 
Глава IV. Политическая организация парижских санкюлотов
1. Общие собрания секций
2. Комитеты и должностные лица секций
3. От народных обществ к обществам секционным
 
 
ЧАСТЬ ТРЕТЬЯ. ОСЛАБЛЕНИЕ и ЗАКАТ НАРОДНОГО ДВИЖЕНИЯ (вантоз - термидор II года)
Глава I. Кризис движения парижских санкюлотов (вантоз II года)
1. Социальные трудности
2. Политические трудности
3. Передовые патриоты, якобинцы и умеренные
4. Вантозские декреты
5. Пароксизм вантоза
 
Глава II. Попытка кордельеров (14-24 вантоза II года)
1. Политическое наступление и социальные волнения () 14-16 вантоза
2. Мнимое примирение (16-18 вантоза)
3. Брожение в народе в связи с недостатком продовольствия и кампания кордельеров (19-23 вантоза)
4. Позиция секционных организаций (17-23 вантоза)
5. Арест руководителей кордельеров (24 вантоза)
 
Глава III. Драма жерминаля (24 вантоза - 4 жерминаля II года)
1. Реакция общественного мнения (конец вантоза)
2. Лояльность секционных организаций
3. Обвиняемые: иностранцы и агенты иностранных держав
4. Обвиняемые: передовые патриоты и народные вожаки
5. Главные пункты обвинения
6. Группа кордельеров
7. Тревога патриотов и демагогия умеренных
 
Глава IV. Репрессии. Передовые патриоты и вожаки секций (жерминаль - флореаль II года)
1. Процесс Шометта (21-24 жерминаля II года)
2. Общие аспекты репрессий
3. Репрессии против служащих военного министерства
4. Репрессии против революционных комитетов
5. Репрессии против персонала секций
6. Политическая атмосфера
 
Глава V. Репрессии. Народные институты и секционные общества (жерминаль - прериаль II года)
1. Уничтожение народных институтов
2. Наступление якобинцев на секционные общества (вантоз - жерминаль)
3. Инициатива секции Брута
4. Роспуск секционных общества (флореаль - прериаль)
 
Глава VI. Народное движение и якобинская диктатура от жерминаля до термидора II года
1. Лояльность секций: патриотические дела и рост террора
2. Социальный кризис: продовольственный вопрос и заработная плата
3. Политический кризис
4. Репрессии против санкюлотов
5. Упорная народная оппозиция: новые формы движения (флореаль - мессидор)
 
Заключение. Парижские санкюлоты и 9 термидора
1. Народ накануне термидора
2. Парижские секции 9 термидора
3. Народное движение и буржуазная революция; опыт подведения итогов
 
Примечания
Список сокращений

 

Автор(ы): 
Государство: 
Период: 
1793.06.02-1794.07.28
Источник: 
М.: Прогресс. 1966

Просмотров: 129
Как назвали город, где Анна Каренина бросилась под поезд?
В романе Льва Толстого Анна Каренина бросилась под поезд на подмосковной станции Обираловка. В советское время этот посёлок стал городом и был переименован в Железнодорожный.
Прокат автомобилей Honda в Сочи, прокат авто в России
Search Results from «Озон» Отечественная история
 
 История России XX век. Эпоха Сталинизма (1923-1953). Том 2
История России XX век. Эпоха Сталинизма (1923-1953). Том 2
Эта книга - первая из множества современных изданий - возвращает русской истории Человека. Из безличного описания "объективных процессов" и "движущих сил" она делает историю живой, личностной и фактичной. Исторический материал в книге дополняет множество воспоминаний очевидцев, биографических справок-досье, фрагментов важнейших документов, фотографий и других живых свидетельств нашего прошлого. История России - это история людей, а не процессов и сил. В создании этой книги принимали участие ведущие ученые России и других стран мира, поставившие перед собой совершенно определенную задачу - представить читателю новый, непредвзятый взгляд на жизнь и пути России в самую драматичную эпоху ее существования....

Цена:
739 руб

Виктор Суворов Кузькина мать. Хроника великого десятилетия
Кузькина мать. Хроника великого десятилетия
Складывая известные и малоизвестные факты и события тех лет в единую мозаику, автор рассказывает об истинных причинах Берлинского и Карибского кризисов, о которых умалчивают официальная пропаганда, политики и историки в России и за рубежом. Эти события стали кульминацией второй половины XX столетия, поворотным пунктом и предопределили историческую судьбу Советского Союза и коммунистической идеологии, последующий развал СССР и триумф капиталистических экономик и свободного рынка.
Это книга о том, как руководство СССР во главе с Никитой Хрущевым, стремясь сохранить "дело Ленина", пыталось добиться того, что задумал, но не смог достичь Сталин в ходе Второй мировой войны - раздуть пожар Мировой революции и под прикрытием коммунистической идеологии добиться мирового господства. Это книга о политических интригах и борьбе за власть, о противостоянии двух сверхдержав и их спецслужб, о тайных разведывательных операциях и о людях, толкавших человечество к гибели и спасавших его.
Книга содержит более 150 фотографий, в том числе уникальные архивные снимки, публикующиеся в России впервые.

Издание содержит закладку-ляссе. Количество страниц: 432 (360 текст и 80 вклейки с иллюстрациями....

Цена:
1019 руб

 Красный террор в Москве. Свидетельства очевидцев
Красный террор в Москве. Свидетельства очевидцев
В сборник включены свидетельства очевидцев о фактах революционного террора в Москве в 1917-1922 гг., осуществлявшегося большевиками в отношении лиц, не угодных новому режиму. Московские тюрьмы не справлялись с потоком арестованных, поэтому уже в 1918 г. в городе было организовано свыше десятка концентрационных лагерей, прежде всего в старинных московских монастырях (Ивановском, Спасо-Андрониковом, Новоспасском и др.). Расстрелы заключенных приобрели особенно массовый характер после покушения на Ленина и принятия в сентябре 1918 г. Постановления Совета народных комиссаров "О красном терроре". Свидетельства об этих событиях оставили лица, которым удалось избежать гибели и эмигрировать из советской России. Большинство из них публикуется в нашей стране впервые.

Сборник включает ряд материалов из фонда историка С.П.Мельгунова в Архиве Гуверовского института войны, революции и мира (Пало-Алто, США)....

Цена:
272 руб

Михаил Восленский Номенклатура
Номенклатура
Книга Михаила Восленского из разряда "совершенно секретных". Ее автор сам был номенклатурщиком, а потом сбежал на Запад и там описал, что у нас творилось в ЦК и других органах власти: кому какие привилегии полагались, кто на чем ездил, как назначали и как снимали с должности...

"Это не первая книга под названием "Номенклатура".
В 1805 году в Англии вышла небольшая книжка: "Nomenclatura: or, Nouns and Verbs, in English and Latin; selected for the use of the lowest Forms. Eton: Printed by M.Pote and E.Williams". В предлагаемой вниманию читателя книге речь пойдет о другом. Слово "номенклатура" пришло к нам из глубины тысячелетий. В Древнем Риме раб, громко провозглашавший на приемах имена входивших гостей, назывался "номенклатором" (от латинского "nomen" - имя). Видимо, от этого и пошло слово "номенклатура" как список имен или названий. Что означает сегодня в русском языке латинское слово "номенклатура"?
Посмотрим, что сообщает на эту тему последнее, 3-е издание Большой Советской Энциклопедии: "Номенклатура (латинское nomenclature - перечень, роспись имен. 1. Система (совокупность) названий и терминов, употребляемых в к.-л. отрасли науки, техники и т.п. 2. Система абстрактных и условных символов, назначение которой дать максимально удобное с практической точки зрения средство для обозначения предметов".
А далее идут: номенклатура анатомическая, номенклатура болезней, номенклатура бухгалтерских счетов, номенклатура продукции, номенклатура химическая (неорганических и органических соединений), номенклатуры в ботанике, зоологии, микробиологии, физиологии, биохимии. Значит, книга - о медицине, ботанике, зоологии, биохимии?
Нет. Она о явлении историческом и политическом.
Эта книга о "новом классе" в СССР. Об этой сердцевине системы, именующей себя "реально существующим социализмом".
В СССР все, относящееся к номенклатуре, тщательно скрывается - и от собственного народа, и от заграницы. Мир не должен знать о номенклатуре.
Для того, чтобы люди узнали о ней, я пишу эту книгу."...

Цена:
409 руб

Антисуворов. Большая ложь маленького человечка
Антисуворов. Большая ложь маленького человечка
Книга представляет собой анализ теории В.Суворова (В.Б.Резуна), утверждающего, что трагические события 1941 г. — это следствие планировавшегося «освободительного похода» в Европу.
А.Исаев анализирует приводимые В.Суворовым факты и цитаты, их достоверность и интерпретацию. Параллельно опровержению постулатов «разведчика-аналитика» автор в популярной форме излагает взгляд современной исторической науки на причины неудач СССР в начальном периоде войны, рассказывает о применении различных видов военной техники.
Рассчитана на широкий круг читателей, интересующихся военной и политической историей 30—40-х годов прошлого века....

Цена:
649 руб

Советский Союз. Политико-экономический справочник
Советский Союз. Политико-экономический справочник
Советский Союз - политико-экономический иллюстрированный справочник. Содержит обстоятельную информацию о жизни Советской страны, ее достижениях в экономике, науке, культуре, воспитании нового человека, о развитии советского социалистического общества, советском образе жизни, активной миролюбивой внешней политике КПСС и Советского государства.
Справочник рассчитан на широкий круг читателей....

Цена:
175 руб

Утро Страны Советов
Утро Страны Советов
Книга, хронологически завершающая серию, посвящена становлению Советского государства — с 25 октября (7 ноября) 1917 г. по 10 марта 1918 г., когда Советское правительство переехало из Петрограда в Москву.
В ней рассказывается о деятельности Советского правительства, возглавляемого В.И.Лениным, о революционных преобразованиях в Петрограде и стране, первых шагах социалистического строительства, борьбе против сил внутренней и внешней контрреволюции.
Публикуются воспоминания Н.К.Крупской, В.Д.Бонч-Бруевича, Н.П.Горбунова, П.Е.Дыбенко, А.М.Коллонтай, Ф.Ф.Раскольникова, А.Г.Шляпникова и др.
Рассчитана на широкий круг читателей....

Цена:
219 руб

Ликвидация. Сталин, Троцкий, Зиновьев. Фрагменты политических судеб
Ликвидация. Сталин, Троцкий, Зиновьев. Фрагменты политических судеб
Автор, доктор исторических наук, обращается к жанру политической биографии, рассматривая его как средство воссоздания достоверной, цельной, эмоционально притягательной картины прошлого. Историю творят люди, и в центре исторического исследования должен стоять человек.
Автор обращается к политическим судьбам деятелей КПСС, вокруг которых не утихают споры и дискуссии. Он приглашает читателя к раздумью, собственным выводам о действующих лицах на" шей истории, исходя из фактов, конкретных реалий.

Для широкого читательского круга....

Цена:
349 руб

А. В. Окороков В боях за Поднебесную. Русский след в Китае
В боях за Поднебесную. Русский след в Китае
Новая книга известного российского историка А.В.Окорокова рассказывает читателю о перипетиях российско-китайских отношений в конце XIX- XX в. и об участии наших соотечественников в боевых действиях на территории Китая.
На страницах книги особое внимание уделено Боксерскому восстанию (1898-1901), конфликту на КВЖД (1920-1930-е), боевым действиям в Маньчжурии (1920-1930-е), пограничному конфликту на острове Даманекии (1969).
В издании использованы редкие фотографии, многие из которых публикуются впервые.

Книга рассчитана на самый широкий круг читателей....

Цена:
259 руб

Н. С. Черушев Жизнь военный элиты. За фасадом благополучия. 1918-1953 гг.
Жизнь военный элиты. За фасадом благополучия. 1918-1953 гг.
Эта книга расскажет о повседневной жизни военной элиты Красной армии в нелегкое время первой половины ХХ века. За фасадом видимого благополучия терялись человеческие судьбы, происходили трагические события. На страницах книги читатель найдет уникальную информацию о различных этапах служебной деятельности советских военачальников, об их любовных историях и подлых доносах, о страданиях в годы Большого террора....

Цена:
199 руб

2014 Copyright © PoliticWar.ru Мобильная Версия v.2015 | PeterLife и компания
Пользовательское соглашение использование материалов сайта разрешено с активной ссылкой на сайт
Рейтинг@Mail.ru Яндекс.Метрика Яндекс цитирования